Книга Пророчество тьмы, страница 81 – Анви Рид

Олафур громко засмеялся. Попытки Хрисы спасти сына его веселили. Олафур ударил ее ногой по лицу. И продолжил делать это вновь и вновь. Эвон видел, как разлетается кровь, слышал, как ломаются кости, и тихий голос мамы, которая просила сына скорее убежать. Но он не мог бросить ее.

— Прекрати! – Маленький Эвон вылез из-под кровати и, громко крича, кинулся на отца. – Оставь ее! Оставь!

Смех Олафура стал похож на рычание дикого зверя, терзающего свою добычу. Король, шатаясь, пнул жену последний раз и, схватив сына, поднял за грудки.

— Зачем ты родился, уродец? Чтобы позорить мой род?

Первый удар был легким. Обычной пощечиной, к которым Эвон за все эти годы уже успел привыкнуть.

— Почему ты не можешь быть таким же, как Атернай? Почему?!

Отец злился и с каждым замахом бил сильнее.

— Мне нужны достойные наследники, а не… Не ты! – Олафур плюнул в лицо Эвону и кинул его на скрипучую кровать.

Мама лежала на залитом кровью полу. Она не издавала никаких звуков и больше не пыталась остановить рассвирепевшего мужа. Эвон испугался, увидев ее обмякшее тело, и, забыв про страх, бросился к ней, но отец перехватил его, швырнув обратно.

— Твоя мать обычная шлюха! А ты – наша с ней ошибка…

Тяжелая ладонь Олафура обожгла щеку сына. В глазах Эвона потемнело. Казалось, его сейчас стошнит: то ли от запаха крови, то ли от сильного головокружения. Но очередной удар по голове заставил его потерять сознание.

Эвон проснулся из-за дикого холода. Открыв глаза, он увидел разбитое окно и снег, который припорошил сундук. Белые хлопья впитали кровь и багровыми комьями таяли на полу.

— Мам? – Эвон испугался, не увидев ее в этой комнате.

Вставать с кровати было тяжело и больно. Лицо отекло, глаз заплыл, а голова будто раскалывалась на части. Она болела так каждый раз после того, как отец избивал его. Когда-нибудь Эвон привыкнет к этому, но сейчас нужно найти в себе силы встать. Держась за саднящие ребра, он медленно сполз с кровати. Морозный ветер завывал в углах, но даже он не смог избавить комнату от ужасного запаха. Так пахло в кухнях, где на крюках висели разделанные туши животных.

Ковыляя, Эвон наконец смог выйти в коридор, где его уже ждал старший брат. Он стоял рядом с дверью, хмурый и серьезный.

— Мама чуть не умерла. – Он был готов заплакать, но, как истинный воин и достойный преемник, сдержал слезы. – Из-за тебя, Эвон.

— Где она? – Горло все еще саднило от холода и стальной хватки отца.

— В своей комнате.

Атернай развернулся и хотел было уйти, но в последний момент передумал.

— Как только ты вырастешь, проваливай отсюда. Тебя здесь не любят. Ты никому не нужен, и это никогда не изменится.

Отец был хорошим королем, которым гордились и которого уважали. Но никто не знал, что происходило в его доме, стоило солнцу спрятаться за горизонтом. Днем мама сидела в конюшнях, а вечером, трясясь от страха, возвращалась к детям. Олафур редко бил старшего сына и наказывал только за плохое поведение и неумение правильно держать меч. Больше всего доставалось Эвону, каждый день старавшемуся свыкнуться с жестокостью отца. Мать защищала детей, прятала их и просила Олафура трогать лишь ее, но убитый горем король не слушал жену. Он считал, что поступает правильно, сурово воспитывая и подчиняя себе.