Книга Смерть под ореховым деревом, страница 154 – Анви Рид

— Милый Роланд. Так называли его девы. Растлитель из роз. Так звали его мужья. – Герберт снял с себя камзол и кинул на плечи Иви. Она сразу утонула в нем, укуталась, как в одеяло.

— Роз?

— Каждой деве он дарил одну красную розу. Оставлял на шелковой простыне рядом с нагим, изможденным после бурной ночи телом, – объяснил Герберт. – Я никогда и подумать не мог, что в чаще Гемельского леса могут расти розы, но однажды я убедился в этом сам.

Под ногами хрустели сухие ветки, ботинки утопали в покрытом инеем мху. Вокруг стояла мертвая тишина и ее подружка тьма. Над головой высилась луна, за спинами вихрился мятный туман.

— Какое же испытание он мне подготовит? – с опаской спросила Иви.

— Не знаю, грубиянка, – с такой же опаской ответил Герберт, – но не бойся. Я буду рядом с тобой и не позволю случиться плохому.

— Мне не впервой сталкиваться с похотливыми геррами, – улыбнулась Иви.

— Ты говоришь про того пухляша, у которого не обсохло молоко на губах? – улыбнулся и Герберт.

— Так все-таки тогда это был ты! – ахнула Иви. – Ты спас меня от Эрмина Буфа. Я сомневалась, потому что не звала тебя тогда. Я не звала Щелкунчика.

— К тебе я являлся не только по зову, Иви.

Иви, до этого смотревшая себе под ноги, остановилась и подняла на Герберта карие глаза. Свет от фонаря упал ей на лицо, и веснушки, рассыпанные по щекам, словно засветились изнутри. Она прикусила губы и так ничего и не ответила.

Герберту вдруг захотелось коснуться ее покрывшейся мурашками шеи, очертить скулы и заправить непослушные локоны за ухо. В темноте, окружающей ее, она казалась беззащитной. С Иви что-то происходило. Внутри нее велась борьба, и Герберт слышал залпы пушек, что раскатистым громом взрывались в ее груди. Он слышал и бурю мыслей, видел утраченную решимость в глазах. Иви ломалась. И Герберт. Герберт тоже ломался.

Он отвернулся, больше не желая ее смущать, и медленно зашагал дальше по тропе, что проложили корни деревьев.

— Кошмары коварны, помни это, Иви. И не верь тому, что будет говорить тебе Милый Роланд. Он отличается от других, потому что стал кошмаром чуть раньше меня. В нем еще осталась толика человечности, а вместе с ней и пороки. Не смотри Роланду в глаза. Не давай шанса тебя коснуться. Самое важное… не дай ему притронуться к тебе без…

Иви так и осталась позади. Она молчала и, кажется, совсем не слушала Герберта.

— …перчаток. – Он обернулся – Иви?

На земле лежал фонарь, а там, где до этого стояла Иви, выросла стена из кустовых роз.

— Иви! – крикнул Герберт, побежав обратно.

— Милое имя для милой фройляйн, – раздался голос позади, – давно ты меня не навещал, Щелкунчик. Еще и с живой девой. Живой… черт возьми! Да ты мастер эффектных появлений.

— Где она, Роланд? – огрызнулся Герберт.

— Даже не спросишь, как я поживаю? – обиделся тот.

Он откинул назад свои длинные, белые, струящиеся, как шелковые нити, волосы. Они упали на его статную спину, спрятали за собой поясницу и бедра. Роланд был в белом кафтане, из кармана у него торчал бутон розы и, словно кровавое пятно, разливался на груди. Зеленые, под стать цвету тумана, глаза светились в темноте, а на лице ширилась кровожадная улыбка.

— Где Иви, Роланд? Говори!

Герберт не заметил, как вокруг него разросся лабиринт. Высокий, пышный и колючий.