Книга Смерть под ореховым деревом, страница 141 – Анви Рид

— Не мучай ты парня, Тея, – раздался сиплый мужской голос.

В нем Отто не услышал угрозу. Только несвойственную этому месту доброту.

— Простите меня, – заговорила она и шмыгнула носом. – Я… я должна была это сделать.

Ее голос стал для Отто отравой. Сердце стучало быстрее, когда он слышал ее. А взглянув ей прямо в глаза, он почти что задохнулся.

— Это был наш с Нутом план. Вы должны были попасть в темницу, чтобы встретиться с ним.

— Масу поклялась убить меня. – От каждого слова волна боли прокатывалась по телу.

Но теплые пальцы Доротеи, поглаживающие макушку, гасили ее, как шерстяное одеяло гасило разгорающийся под ним пожар.

— Она сейчас занята Рутом Робером. – Доротея продолжала вытирать ему лицо. – Ей не до вас.

Все это было до жути знакомым. Отто надеялся лишь на то, что Доротея сейчас говорила искренне.

— Что вы ей сказали? – Отто послушно лежал у нее на коленях.

— Что Рут Робер замыслил переворот. Захотел отомстить за сына и свергнуть Масу. Что он ищет часы у Дросса и, как только найдет, завладеет временем.

— А я… кх-кх-кх? – закряхтел Отто.

— А вам Рут угрожал смертью. Заставлял примкнуть к нему. Он думал, что вы знаете, где находятся часы, и поэтому придумал план, согласно которому вы просите у Масу последней встречи с Дроссом Майером.

— Вы воспользовались мной? – зашипел Отто, когда Доротея коснулась порванной губы.

— Нам пришлось. – Она вновь шмыгнула носом.

— Вы плачете? – Отто нахмурился, и боль пробила лоб, словно сосулька, упавшая с крыши дома.

— Вы думаете, я бессердечная? Думаете, что вела свою игру? Что обманывала? – Доротея зажмурилась, и слеза ее упала на кончик носа Отто. – Конечно, я плачу! Конечно, мне не хотелось этого делать! Конечно, я за вас беспокоилась!

— Это правда, – раздался мужской голос.

Отто совсем забыл, что в темнице находился кто-то еще.

— Извелась вся. Была готова броситься к вам на своих двоих. Хотела остановить ведьму.

— Кто вы? – Отто попытался встать, но у него не вышло.

— Я Нут. Нут Кракатау. Хранитель времени и самая первая сказка. Приятно познакомиться, Отто Браун, сын звездочета Бена Брауна и крестник часовых дел мастера Дросса Майера.

Свечка была такой тусклой, что еле-еле освещала лицо Доротеи, что уж говорить о лице говорившего старика.

— Вас удивляет, что я знаю о вашем роде, и вы наверняка задаетесь вопросом, почему Тея не рассказала ничего обо мне. Мы должны были убедиться в том, что вам можно доверять. И в том, что вы будете нам полезны. Но не спешите делать выводы. Я живу так долго, что видел смену не одного поколения. Я стар, как старо само время, и сказки, которые вы слышали, жили в мире, что я создал специально для них. Мне есть что вам поведать и есть чем вас удивить.

Старик говорил медленно и размеренно, будто сочинял очередную волшебную историю. Голос его завораживал. Дурманил и исцелял, как сладкое лекарство.

— Мёрхенштадт. Мир, в котором днем царствовали сказки, а ночью – кошмары. Мир, в котором жили монстры, принцессы и рыцари. Русалки, тролли и драконы. Воришки, злые гномы и восставшие мертвецы. В Мёрхенштадте жили те, о ком мечтали маленькие фройляйн, и те, кого ставили в пример юным геррам. Соседями им были жуткие, пугающие кошмары, что являлись во снах жестоким фрау, и монстры, что являлись во снах коварным мужчинам. И среди них жила Масу. Ведьма, которую боялись и взрослые, и дети. Бледно-зеленый дым, запах табака и мяты, и голос, что нашептывал проклятия в ночи, – вот что ее окружало.