Книга Смерть под ореховым деревом, страница 119 – Анви Рид

— Отто Браун?! – ужаснулась она и, пошатнувшись, чуть не упала. – Тут… Тут написана дата смерти! – Иви посмотрела на Змея. – Издеваешься?!

Он не ответил.

— Мой брат еще жив! – злобно кинула она.

И, собрав всю ярость, кипевшую в груди, Иви шагнула к могиле и склонилась над ней. Та и впрямь была пуста, но облегчение так и не настигло Иви. Внутри ямы вились корни деревьев, переплетаясь между собой и сталкиваясь, впивались в землю, прорезая себе путь. На корнях лежали змеи. Иви заметила белую нить – яркую, словно луч солнца. Она тянулась к фонарю, и тот горел ярче остальных.

— Что это? Злая шутка?

— Это нить жизни, – прошипел Змей. – Она питает душ-ш-шу. Твой брат жив, пока горит фонарь. Фонарь потух-х-хнет – с-с-с ним вмес-с-сте потух-х-хнет и Отто.

— Там дата смерти. – Иви все никак не могла повернуться, чтобы вновь прочитать ее. Боялась, что не сдержит слез. – Она правдивая?

— Правдивая. Взгляни на нее. Узнай, с-с-сколько отведено твоему братцу.

— Нет.

— В могилах этих-х-х лежат те, кто с-с-сделал тебя такой, какая ты ес-с-сть, – шипел из тени Змей. – Один из них-х-х прячет ключ. Бездейс-с-ствуя, ты его не найдеш-ш-шь.

— В этом мире все любят говорить загадками. – Иви закатила глаза. – Что мне нужно сделать? Засыпать ямы землей? Переписать даты на табличках? Что?!

— Тебе надо узнать с-с-самой, – ответил ей Змей.

Ничего не оставалось, как вернуть взгляд обратно к могиле. Но посмотрела Иви не на надгробие, а внутрь ямы. Змеи на дне ждали ее.

— Кажется, я поняла. – Иви легла на землю и потянулась к ним рукой. Схватила одну, вытащила и отшвырнула подальше от себя. – Говоришь, ключ на дне? Так давай поищем его.

Они не сопротивлялись. Покорно давались в руки. Яма пустела. А голова Иви наполнялась новыми мыслями.

Когда отец умер, Иви поняла, что все это время завидовала Отто. Тому, что отец не мучил его, как мучил маленькую дочь. Тому, что не пугал его страшным кошмаром. И не грезил о его неминуемой смерти. Иви не хотела ему завидовать. Отто все же был ее родным братом, и так сложилась его жизнь. Жизнь, которая была в тысячу раз легче, чем жизнь Иви. Даже сейчас… Она рылась в яме в каком-то сказочном городе из-за него. Рисковала, заключала сделки, теряла желания. Все было из-за Отто, который, как обычно, полез туда, куда не стоило. Только Иви позволила себе как следует разозлиться на него, как в памяти всплыли его теплые, успокаивающие касания. Утром Отто всегда обнимал Иви, всегда ждал у двери, ходил за ней хвостиком по дому, за завтраком отдавал свой хлеб и, пока отец отчитывал ее, гладил сестру по ладоням. Отто ходил с Иви и на улицу, прогуливал школу, лишь бы провести вместе лишний час, и горько плакал, когда наступала ночь. Иви слышала, как за стенкой он молится и как под потолком, на чердаке, где жил отец, просит отпустить сестру.

Иви вспомнила и воровство Отто. Как в первый раз он принес домой марципановые конфеты и, пока не видел отец, угостил ими Иви. Как в следующий раз принес лакрицу и спрятал ее под полом. И как однажды, украв орехи в индийской лавке, принес их домой и хранил в своей комнате. Отец не баловал детей. Кормил лишь пресной кашей по утрам, бульоном в обед и вареным картофелем на ужин. Он не умел готовить, да и времени учиться этому у него не было. Звездочета волновали звезды, а уж точно не кастрюли со сковородками.