Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 1, страница 86 – Жоубао Бучи Жоу

В семье Ло остались лишь двое – Сяньсянь и ее отец, ставшие друг другу опорой. Они долго скитались по свету и в конце концов осели в Цайде, поселившись в лачуге, которую построил ее отец.

В том году Ло Сяньсянь исполнилось пять лет. Старший сын семейства Чэнь, Бохуань, был старше ее на два года.

В то время семья Чэнь еще не сколотила состояние. Все большое семейство ютилось в двух комнатках маленького домика со стенами из кусков утрамбованной земли. В их крошечном дворике, прямо у низкой ограды, росло мандариновое дерево. Осенью его ветви тяжелели от спелых плодов и, перекидываясь через ограду, словно бы с любопытством заглядывали во двор лачуги семьи Ло.

Маленькая Ло Сяньсянь частенько запрокидывала голову и глядела на мандарины, болтавшиеся на ветках, как бумажные фонарики, что украшают улицы на Праздник фонарей. От природы замкнутая и застенчивая, девочка не играла с другими детьми. Одна-одинешенька она сидела на складном стульчике и послушно чистила соевые бобы, время от времени вновь задирая голову, чтобы бросить взгляд на растущее во дворе дома семьи Чэнь мандариновое дерево.

Блестящие на солнце золотистые плоды выглядели очень соблазнительно. Было легко представить, каким вкусным соком они были наполнены – сладким, с кислинкой.

Ло Сяньсянь жадно разглядывала их, сглатывая слюну, и у нее сводило щеки от желания попробовать хоть один.

Она, однако, даже не думала о том, чтобы протянуть руку и сорвать мандарин. Ее отец был образованным человеком, который не раз пытался сдать государственный экзамен и получить должность, но всякий раз терпел неудачу. Пусть он не смог выдержать экзамен, но это не лишило его твердости духа. Человек, который даже не смог получить степень сюцая^[35], твердил дочери, что она обязана воспитать в себе качества «благородного мужа».

Уже к трем годам Ло Сяньсянь усвоила, что нельзя соблазняться богатствами и почестями, а нищета – не повод изменять своим идеалам. Каким бы жадным взглядом она ни пожирала эти мандарины, ее рука ни разу не поднялась, чтобы сорвать висящий совсем близко плод.

Как-то вечером, когда ее слабый здоровьем отец уже ушел спать, Ло Сяньсянь сидела во дворе и при свете луны, пыхтя, стирала белье. Дети в бедных семьях вынуждены рано взрослеть и брать на себя заботы о хозяйстве. Вот и эта девочка, засучив рукава, опустила тонкие ручки в наполненную водой деревянную кадку и добросовестно стирала, надув щеки от усердия.

Внезапно со стороны ворот донесся чей-то сиплый кашель. Во двор неверной походкой ввалился с головы до ног покрытый кровью молодой человек и пристально уставился на Ло Сяньсянь.

Девочка настолько испугалась, что даже забыла закричать.

Сквозь корку грязной запекшейся крови было видно, что дерзкий молодой человек весьма хорош собой. Ребенок и взрослый долго смотрели друг на друга, будто играли в гляделки, но в конце концов незнакомец первым отвел взгляд; он больше не мог стоять, а потому привалился к стене и медленно сполз по ней, усевшись на землю.

— Дай мне воды, – хрипло велел он, переведя дух.

То ли потому, что молодой человек не выглядел негодяем, то ли из-за того, что Ло Сяньсянь была очень доброй девочкой, она, хоть и боялась, с топотом помчалась в дом, налила в чашку чая, вернулась и даже поднесла ее прямо к его губам.