Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 1, страница 192 – Жоубао Бучи Жоу

Сюэ Мэн не успел ничего ему ответить, так как до них вдруг донеслось громкое бульканье. Обернувшись, Чу Ваньнин увидел, как в кузнечном горне вскипел расплавленный металл и изнутри сперва показалась половина чьего-то окровавленного лица, а затем и все истерзанное тело целиком!

Появившийся точно не был простым смертным или по крайней мере живым. Разве смог бы обычный человек выжить после купания в раскаленном металле? Этот же еще дышал, хотя все его тело было обуглено, а из-под лопнувшей кожи кое-где проглядывали кости. Скованный цепями по рукам и ногам, он не мог вырваться из кузнечного горна и испытывал невыносимые страдания.

Медленно подняв веки, человек обхватил одной рукой сложенную в кулак другую и по очереди поприветствовал каждого из присутствующих малым поклоном, взглядом моля их подойти ближе к горну. Пусть он не мог говорить, но был способен общаться и иным способом. Стоило ему взмахнуть своей рукой, на костях которой едва держались клочья плоти, как по бурлящей поверхности озера из жидкого металла вдруг побежали волны. Струйки металла поднимались в воздух и медленно закручивались в символы, застывая ровными рядами иероглифов какой-то древней письменности.

— Что это за знаки? – удивленно воскликнул Сюэ Мэн. – Почему я ни один не могу прочесть?

— Это древние письмена Цан Цзе^[50]. Им я вас еще не обучал, – ответил Чу Ваньнин.

— И… что же там написано? – спросил Мо Жань.

Чу Ваньнин подошел ближе и, внимательно изучив надписи, сказал:

— Он… взывает о помощи.

По легенде, письмена Цан Цзе были языком Небес, и люди на земле почти утратили знания о них. Очень немногие умели читать эти знаки, и даже такой мастер, как Чу Ваньнин, не мог понять каждый символ, но зато улавливал общий смысл.

Чу Ваньнин еще некоторое время вчитывался в символы, после чего медленно дал примерный перевод:

— Здесь сказано, что он – дух этой ивы и его зовут Чжайсинь Лю, Плакучая Ива. Когда он был еще молодым саженцем, Гоучэнь Шангун принес его в мир смертных с седьмого из небес обители бессмертных. Позже Гоучэнь по неизвестной причине покинул этот мир, и с тех пор Чжайсинь Лю его больше не видел. Он даже не знает, жив ли Гоучэнь или уже мертв. Однако вне зависимости от того, где находился Гоучэнь Шангун, Чжайсинь Лю следовал его приказу и на протяжении сотен тысяч лет охранял озеро Цзиньчэн вместе с находившейся на дне священной оружейной. Мало-помалу дух этого дерева, подпитывающегося духовной энергией озера, развился настолько, что получил человеческое обличье. Дни летели за днями, и ничего нового не происходило до тех пор, пока однажды…

Чу Ваньнин внезапно остановился.

— Что такое? – спросил Мо Жань.

— Эти три иероглифа мне незнакомы. Думаю, это имя, – ответил Чу Ваньнин, указывая пальцем на сложные извилистые символы. – В общем, однажды этот человек спустился на дно озера Цзиньчэн. Он обладал большой силой, но был жестоким и злым. Убив всех обитателей озера, он стал управлять их телами с помощью техники «Партия Чжэньлун», а потом добрался и до Чжайсинь Лю.

— И этим человеком наверняка был тот самый фальшивый Гоучэнь! – воскликнул Мо Жань.

Стоило Чжайсинь Лю услышать слова юноши, как его глаза заблестели и он дважды кивнул, подтверждая его догадку.

— О, значит, я правильно угадал. – Мо Жань смущенно улыбнулся, почесывая в затылке. – Ха-ха… Вот уж не думал, что я такой умный.