Книга Я, ужасающий, страница 46 – Кейтлин Розакис

— Скажи своему хозяину, я подумаю над его предложением, – с нарочитой небрежностью уронил он. – И убирайся с глаз моих долой. В следующий раз я не буду столь великодушным.

Фиари, пошатываясь, поднялся и попятился к выходу так быстро, как только мог, явно не желая поворачиваться к колдуну спиной. Конечно, он тут же споткнулся об обломки, но вскочил и нырнул в проем, скрывшись из виду. Гэв слышал поспешные удаляющиеся шаги.

Ярость покидала его. Только сейчас он понял, что в глазах у него потемнело. Он и не осознавал, что не видит ничего по бокам, пока периферийное зрение не вернулось. Тяжело вздохнув, он осел в кресле.

В коридоре мелькнуло что-то красное. Сирако, несомненно. Гэву не хотелось иметь дело с дворецким, но выбора особого не было. Кому-то же нужно заняться ремонтом. По крайней мере, восстановить дверь. Какая часть его годового бюджета уходит на исправление ошибок и борьбу с последствиями вспышек гнева? Сирако как пить дать знает. Но будь он проклят, если спросит. Хотя, наверное, он уже проклят и, должно быть, знает это. Просто сейчас у него ни на что нет сил.

— Хватит там отираться! – рявкнул он.

И Сирако тут же шмыгнул в зал, застыв возле хозяина.

Гэв удержался, не закатил глаза и мысленно поздравил себя с таким достижением.

— Сколько будет стоить заново отделать замок? Пятой части королевской казны хватит?

— Зависит от обстоятельств, милорд, – с некоторым удивлением ответил Сирако. – В частности, от прошлогодних налогов и от того, сколько тратит сам король, полагаю. А что, мы будем возводить стены из слизи, как вы подумывали?

Гэв на секунду представил, каково это было бы – править настоящим замком и обширными землями, а не одной убогой деревушкой. И чтобы настоящая стража, а не гоблины в шлемах, которые им велики и закрывают глаза. И повара-люди.

И новая мебель.

Видение мелькнуло и улетучилось, уступив место реальности. Может ли он позволить себе новую мебель? Не только в денежном смысле, но и в смысле перемены стиля? Он уже начал разбираться в ходе мыслей своего прежнего «я» – Гавракса. У Гавракса был ужасный вкус, но, может, дело было вовсе не в его личных эстетических взглядах.

— С хорошим вкусом в нашей работе далеко не уйдешь, не так ли? – Неудача с приемом доказала это. Гэв покосился на камзол, расшитый яркими языками пламени. – Ненавижу этот балахон, – признался он, не ожидая, что Сирако его поймет.

— Милорд?

— Приличная одежда не дает уважения.

Хотя теперь он понял, что уважения все равно бы не получил. Ни от коллег, ни от врагов. Гавракс явно не был достоин уважения.

— Каждый должен одеваться в соответствии со своей ролью, – заметил Сирако, к вящему удивлению Гэва. – А это облачение отлично внушает страх.

— Но достаточно ли страха? – Гэв вздохнул. – Скажи, Сирако, устоит ли замок под натиском жаждущих славы и награды героев?

Молчание Сирако было вполне красноречивым. Гоблины абсолютно бесполезны – об них разве что можно споткнуться. Они создают атмосферу, но скорее жутковатую, чем угрожающую, да и ту Гэв уже подорвал этой их одеждой. Жители деревни ничем не лучше, если их вообще можно заставить сражаться за него. Придется укрыть селян в замке, если он хочет, чтобы на следующий год остался хоть кто-то, кто будет работать на полях. И надеяться, что никто из них не попытается его предать. Файерболы – это, конечно, хорошо, но, чтобы создавать их, ему нужно достаточно топлива. А какого? Что, в дело пойдет лес на холме за замком? А это означает нехватку дров и дичи, что сделает зиму для людей еще тяжелее.