Книга Я, ужасающий, страница 16 – Кейтлин Розакис

— Я не совсем понимаю, как, по-вашему, я должна это есть, – холодно сказала она.

Какую-то секунду он колебался, не зная, выразить ли презрение к ее утонченности или рассыпаться в извинениях за неподобающее блюдо. Потом взглянул на стол перед гостьей – и понял, в чем проблема.

Вздохнув, он жестом подозвал Грррибитла.

— Пожалуйста, подай даме нож.

Грррибитл, существо вроде как благоразумное, несколько удивился, но направился к двери.

— Только достаточно острый, чтобы им действительно можно было что-то порезать, – добавил Гэв в спину удаляющемся камердинеру. Не заставлять же принцессу кромсать стейк ножом для масла.

Вернулся гоблин с нормальным разделочным ножом. Принцесса приподняла бровь:

— Вы мне доверяете?

Он тоже поднял брови:

— Вы по ту сторону стола. Сомневаюсь, что вы сумеете что-нибудь предпринять, оставшись незамеченной. Или вы планируете метнуть в меня нож?

Она все-таки фыркнула, еле слышно, носом, но все же приняла решение отрезать себе ломтик мяса. Во время еды принцесса задумчиво поглядывала на Гэва. А он, воспользовавшись возможностью, сунул в рот еще два куска, попытавшись жевать как-нибудь поделикатнее. Не то чтобы он представлял, как это – учтиво жевать, но подозревал, что в результате лицо его обрело несколько странное выражение.

Внезапно рука девушки взлетела – и брошенный нож полетел прямо ему в лицо. Время замедлилось. Рука Гэва взметнулась по собственной воле. Одинокий гортанный слог обжег горло. Нож врезался в невидимый барьер в считаных дюймах от его физиономии и отскочил в облаке искр. Гэв надеялся, что ему удалось не вздрогнуть.

Для пущего театрального эффекта нож должен был бы вонзиться в стену и задрожать под взглядами зрителей. Однако нож продемонстрировал досадное отсутствие чувства драмы. Скрежетнув по камню, он приземлился с глухим стуком. Опаленное лезвие заканчивалось теперь не острием, а чем-то вроде крюка. Гэв многозначительно посмотрел на «оружие», пытаясь унять сердцебиение.

К принцессе он повернулся, только когда решил, что сможет говорить не пища и не заикаясь. Девушка вновь с наигранной скромностью сложила руки на коленях. Ему хотелось заорать: «Какого черта?» – но он не был уверен, что голос не будет дрожать. Так что ограничился приподнятыми бровями.

Она пожала плечами.

— Отец настаивал на том, чтобы я умела в случае чего защититься от наемных убийц. Вы не можете винить меня за попытку.

В данный момент Гэв был твердо уверен, что из них двоих она наиболее опасна.

Но позволить ей узнать об этом, конечно, нельзя. Его маска – полная невозмутимость. В него, несомненно, каждый день мечут ножи. Он не позволит себя запугать какой-то безоружной девчонке. Тем более что сейчас она вновь безоружная.

— Будь любезен, принеси еще один нож, – медленно проговорил он, обращаясь к Грррибитлу, трясущемуся у буфета, – и нарежь стейк для ее высочества.

Гоблин, бледнее прежнего, выскочил из комнаты, а Гэв добавил, повернувшись к принцессе:

— Если он допустит, что вы выхватите у него нож, то на сей раз я накажу его. Вам понятно?

Он гордился тем, что вот так с ходу придумал угрозу, но она не дрогнула, только чуть-чуть поморщилась. Не от ужаса – от легкого замешательства. И он внезапно понял.

— Что? – Волна презрения, прокатившаяся по венам, в этом случае казалась вполне оправданной. – Или гоблин не стоит защиты? Слишком уж низок?