Книга Я, ужасающий, страница 14 – Кейтлин Розакис

Что он собирается делать? Любые мысли отпустить принцессу Элишу уже улетучились. Это определенно не вариант. Он чувствовал себя скверно; он вовсе не желал зла девушке, но, поразмыслив, понял, что не собирается рисковать навлечь на себя гнев Зарконара из-за незнакомки, какой бы симпатичной та ни была. Придется провести дополнительные исследования. Это всего лишь первая часть плана Зарконара, и Гэв, несмотря ни на что, не может позволить себе разочаровать колдуна во второй части. Что он точно не собирается делать, так это признаваться Зарконару, что ничего не помнит. Зарконар, похоже, из тех, кто ценит людей лишь до тех пор, пока те полезны ему. А становиться бесполезным Гэву хотелось меньше всего на свете. Бесполезных устраняют.

А Гэв очень, очень хотел выжить.

С немалым облегчением он обнаружил, что в замке и впрямь есть столовая. Ну, скорее, Большой Зал, хотя не такой уж и большой. Но длинный стол там имелся. За таким столом могло поместиться человек десять, а то и двенадцать. Хотя двенадцати пришлось бы потесниться. Со стропил свисали штандарты, похожие не столько на захваченные у врагов трофеи, сколько на скверно сшитые – причем, похоже, в одно время – стяги. Все покрывал толстый слой пыли, и Гэв вызвал гоблина для уборки. Как ни странно, служанка справилась с работой неплохо и довольно быстро.

Он принялся барабанить пальцами по столу, потом заставил себя остановиться. Покосился на Грррибитла, которого поставил возле буфета, проявив таким образом жалкую склонность к фамильярности. Темных Магов не должно волновать, кто где стоит. Если Темные Маги проявляют нетерпение, все должны бросаться угодить им. Их нельзя заставлять ждать – чтобы никто не загорелся.

Ну где же она?

Когда она появилась в дверях, он едва не опрокинул стул. Грррибитл успел подхватить громоздкую деревяшку и бесшумно поставил на место. Гэв хотел что-нибудь сказать, но, похоже, лишился дара речи.

Он боялся, что платье, подобранное Сирако, будет красным и облегающим. Но принцесса плыла в голубом облаке. Побитый молью низ мог бы распасться в клочья, а Гэв бы этого даже не заметил. Все его внимание было приковано к изящному вырезу, намекающему, но не выставляющему напоказ, и золотому поясу, подчеркивающему изгиб бедер. Золотое ожерелье, плотно прилегающее к шее, подходило к поясу идеально (перстень – чуть меньше), как будто шло в паре с ним. У Сирако оказался на удивление хороший вкус. Заплетенные в простую косу волосы девушки лежали на плече, перекликаясь с концами пояса. Платье едва ли было модным – кто знает, как долго оно валялось в кладовке, – но восхитительно сочеталось с неземной красотой принцессы.

Он едва сумел перевести дыхание.

Гордо подняв голову, девушка вновь встретилась с ним взглядом. Один из сопровождавших ее гоблинов-стражников легонько подтолкнул конвоируемую в поясницу, к счастью, не той рукой, в которой держал алебарду. Принцесса невольно сделала шаг вперед.

Придя в себя, Гэв нарочито размеренным шагом двинулся навстречу пленнице по не-такому-уж-длинному залу. А знаком ли он вообще с придворными церемониями? Почему-то ему так не казалось. Следует ли предложить ей руку? Пока он шел к ней, у него было достаточно времени, чтобы вообразить ее презрительный взгляд. Так что он решил просто отодвинуть для нее стул.