Книга Тетрадь в косую линейку, страница 651 – Марина Колесова

Я отпила из бокала и задумчиво посмотрела вдаль, после чего спросила:

— Ты вот, Мить, себя уважаешь?

— Конечно, Алина Викторовна. А как иначе?

— А за что? – спросила я, и ближайшие полчаса мы с ним обсуждали его достижения и статус, причём я выступала в роли обесценивающего критика.

Под конец дискуссии я иронично заметила:

— Митя, ты же должен понимать за что тебя здесь капитаном сделали и для чего.

Если бы он согласился, мол, не без этого, но это не отменяет тех моих достижений, о которых я говорил. Мне пришлось бы отступить от задуманного плана. Но юноша не готов был признать, что продался наравне с остальным экипажем. Его больше прельщал вариант, где он никакого отношения к экипажу не имеет, а ко мне может изобразить чувства, в которые я была должна поверить. Но я декларировала абсолютно иное, и его возмущению не было предела.

— Я не понимаю о чём Вы, Алина Викторовна! – раздражённо проговорил он.

— Да неужели? Не понимаешь? Тогда встань и разденься, может лучше поймёшь.

— Ваше требование оскорбительно для меня.

— Возможно, Мить, не спорю. Но сейчас ты сделаешь это. В противном случае я позвоню владельцу и сообщу, что ты не исполняешь приказ.

— Вам очень хочется унизить меня?

— Мить, ты в месте, где меня обязаны радовать, исполняя все мои причуды. Если тебя мой приказ оскорбляет и унижает, это твои сложности, а никак не мои. Не находишь? Ты сам, за деньги в это место нанялся работать. Так в чём проблема? Не хотел выполнять причуды клиентов, не нанимался бы. Шёл бы в торговый или военный флот, там никаких причуд и всё по уставу.

— Как я после этого руководить экипажем смогу?

— Легко сможешь, поскольку на собственном примере покажешь, как капризы клиентов надо исполнять. Хороший руководитель всегда готов быть примером для подчинённых. Это же основной принцип. Другое дело владелец, он может не делать ничего, при этом диктовать свои условия. Поскольку ты владельцем не являешься, то примером быть обязан.

— Да пошли вы, – дальше последовало нецензурное выражение, и капитан, отшвырнув свой стул, ушёл.

Я проводила его долгим взглядом и с усмешкой проговорила, обращаясь к боссу:

— Как думаешь, до конца пойдёт?

— Я бы на его месте пошёл до конца. Ты отвратно себя вела с ним.

— Скажи мне, кто владелец.

Босс назвал известное мне имя. Я поморщилась и проговорила:

— Предлагаю воспользоваться ситуацией и свалить отсюда. Не особо мне импонирует такого деятеля в поставщиках держать. На нём же пробы ставить негде. Он беспредельщик времён братков и не брезгует ничем. Привык проблемы силой решать. При этом врёт, что дышит. Пообещает семь вёрст до небес и не исполнит ничего, пока силой не прижмут.

— Алин, ты забыла какая у меня репутация, мне не врут и с беспредельщиками я на их языке говорю и по их понятиям. И потом все знают: срыв хоть одной поставки и если это не форс мажор, дел больше с поставщиком не имею и неустойками обложу так, что его счастье, если голый не останется. Это он с мелкой шушерой мухлевать и пальцы веером держать может, а у меня как часы всё будет. С теми же чудиками, которые грузы тогда намешали, и мы вынуждены были замены оформлять, выдавил ведь я их с рынка. Всё, не играют больше мальчики, разорились и ушли из бизнеса. Или с этим, как его, забыл, но ты знаешь о ком я… убрал же я его и не отсвечивает теперь совсем. И этот деятель знает, что правила будут жёсткие и мои. И он либо по ним играет, либо выходит из игры. Он позиционирует, что очень хочет научиться по ним играть, чтобы выйти чуточку на другой уровень. Он прекрасно понимает, что время братков прошло, и он отстал, несмотря на свои значительные накопления, которые грозятся обратиться в пшик не сегодня – завтра.