Книга Тетрадь в косую линейку, страница 584 – Марина Колесова

Из конюшни тем временем выбежали дед и Григорий Артурович, следом мои охранники, один из которых держал на руках плачущую Дашу.

В мозгу у меня мелькнула мысль, что плачет, скорее всего, не от боли, а от обиды, не видела я, чтобы конь ударить её смог. Хотя, возможно, ободралась, пока волочилась за ним.

Один из охранников попытался броситься ко мне, но его удержал дед. Видя, что конь достаточно спокойно идёт по дорожке, и я на нём уверенно сижу, он громко скомандовав:

— Не приближайтесь к ней, это может его спровоцировать на агрессию! – потом крикнул мне: – Алин, постарайся повод подобрать.

Вообще-то, я и сама догадывалась, что хорошо бы его подобрать, но абсолютно не представляла, как это можно сделать.

Дед сообразил, что его указания не слишком мне понятны, и неспешно идя в нашем направлении, снова крикнул:

— К шее склонись, рукой дотянись до недоуздка, нащупай повод, тихонько подбирай и заводи через морду вверх.

Я про себя чертыхнулась, переложила стек в левую руку, которой цеплялась за гриву, потом склонилась к морде коня, и правой нащупала крепление и повод.

Конь тут же помотал головой, вырывая его у меня из руки, и вот тут я обозлилась окончательно. Ментально попросила Золотце помочь, и как только он перелетел на голову коня, то сняла все свои блоки, задействовала всю доступную энергетику и с таким посылом пожелала, чтобы он даже помыслить больше никогда не смел мне сопротивляться, что конь моментально застыл на месте, будто паралич его разбил.

Я подобрала поводья, перебросила их через его морду и выпрямилась. После чего стукнула туфлями и потянула вправо, заставляя повернуться. Конь развернулся и медленно, как зомби, побрёл в обратном направлении.

Когда я поравнялась с дедом, он достаточно громко произнёс:

— Поздравляю, ты заимела очень послушного тебе коня. Теперь тебя будет слушаться идеально.

Потянув за поводья, я остановила коня и с усмешкой осведомилась:

— Ты думаешь, мне это надо, Тео? Это же мерзейшая тварь, каких поискать. Мне он абсолютно не нужен.

— Алиночка, Алиночка, он мне нужен! Вот очень нужен! Давай возьмём его, пожалуйста! Я умоляю, умоляю тебя, не надо его убивать! Давай его возьмём! – вырываясь из объятий охранника, тем временем сбоку от нас завопила Даша.

В это время ко мне так же подошёл Григорий Артурович:

— Алина Викторовна, если Василий Никифорович говорит, что конь Вас признал, то на мой взгляд, грех Вам этим не воспользоваться. Он полностью здоров, красив и вынослив. Такого красавца заиметь это очень круто. Хотите у себя его оставлю, а Вы приезжать кататься на нём будете?

— Гриш, вот это не вариант абсолютно, – покачал головой дед, – он лишь её терпеть и слушаться будет. Тебе всю обслугу перекалечит. А вот она даже цирковым трюкам его обучить теперь сможет. Всё делать будет, но лишь под её надзором.

— Тео, мне абсолютно ни к чему такая головная боль. Я не люблю лошадей и не умею на них ездить, – брезгливо скривившись, помотала я головой.

— Как это не умеете, если без седла совершенно спокойно на нём сидите и управляете им? – неверяще усмехнулся в ответ на мою сентенцию Григорий Артурович.

— Не знаю, как я на нём сижу, – хмыкнула я. – Как сумела, так и села. И никакого восторга по этому поводу не испытываю.

— Слушай, девочка золотая, а попробовать ты не хочешь? Всего лишь попробовать его подержать. Вы же явно приготовили для него какой-то постой. Вдруг тебе понравится. Раньше вот точно нравилось.