Книга Тетрадь в косую линейку, страница 275 – Марина Колесова

— Возможность воздействовать на людей способом, недоступным другим.

— Возможность? Потенциальная возможность? – хихикнул Золотце. – Тогда спешу тебя обрадовать или огорчить, уж не знаю, как ты прореагируешь, хозяйка в твоём понимании ведьма тоже. Потому что потенциальные возможности у неё огромные.

— А она ими пользоваться может?

— Ты не меня, ты у неё спроси. Я-то откуда знаю? Ты вот как определишь, что ребёнок ходить может, если он не ходит? Ты видишь: отклонений никаких нет, ходить должен. А вот он лежит и не пробует. И что? Он может или не может?

— Алинка, ты, выходит, всё таки ведьма, как я и подозревал. А почему дочь за это так не любишь?

— Витенька, дорогой мой, ты вот права имеешь, при этом за рулём не ездишь, но почему-то агрессивные водители, лихачащие на дорогах, тебя раздражают. У тебя ведь права имеются, значит, они нравиться тебе должны.

— Она ещё не лихачит. Она в колыбели лежит! С чего взяла, что лихачить будет?

— Да вибрации её я чувствую, и раздражают они меня до крайности. И ведь не избавишься от неё никак, – я поморщилась.

— Отдай совсем Диме, и разведись с ним.

— Он, конечно, возьмёт. Ему, что не дай, он на себя принимает, но это не его карма, а моя. За какие-то неведомые мне заслуги мне вручили это сокровище, и никуда мне от него не деться.

— Хозяйка, хватит плакаться-то, всё ты понимаешь, почему и для чего. И сокровище это не столь и плохое. В твоих силах его улучшить.

— Если «для чего» я ещё хоть как-то предположить могу, то «почему», это явная для меня загадка. Вот скажи, Золотце, раз думаешь, что я знаю, почему мне её дали?

— Если сама не видишь очевидного, я сказать не могу, хозяйка. Но ответ очевиден.

— Я тебе сказать могу, Алин, – пьяно усмехнулся босс, – тебя явно пытаются заставить начать ходить. Золотце сейчас аналогию провёл с лежащим ребёнком, и вся твоя жизнь понятнее стала. Тебя заставляли по разному начать пользоваться способностями. Ты упрямо не пользовалась, даже при смертельной опасности. Пришлось к тебе приставить того, кто в таких ситуациях спасает. Но в самый последний момент. Ты приняла, как данность, и приспособилась к этому, а ждут от тебя явно другого. Похоже сейчас, или ты начнёшь учиться ходить, или наша дочь устроит тебе небо в алмазах.

— Не, не, не, смертный. Нора хозяйке устроить ничего не может, не пугай её. Другим, да, ей исключено. Хозяйку к другому подталкивают, и для неё это столь явным быть должно, что я в недоумении, почему она не хочет это видеть. Именно не хочет.

— Алинка, давай логически подумаем и поразмышляем, что столь очевидного ты не видишь. Вот смотри, – начал босс, и в тот же момент на меня накатило жуткое неприятие ситуации.

Понимая, что сбежать босс мне не даст и начнёт психологически копать, я быстро придумала как заставить его забыть об этом.

Порывисто встала, подошла к нему вплотную, чуть развернула рукой к себе, села к нему на колени и, обняв, впилась губами в его губы.

Хорошо подвыпившего и истосковавшегося по моей ласке босса уговаривать не пришлось, он на мою инициативу отозвался сразу. Сжал в объятиях, а потом подхватил на руки и унёс в соседнюю, уже знакомую мне, спальню, где я чуть меньше года назад била фарфоровые статуэтки.

Что было дальше пояснять, думаю, не стоит. Все люди взрослые.