Книга Тетрадь в косую линейку, страница 133 – Марина Колесова

— Ты знаешь, что я в такой ситуации выбрал.

— Босс, не ровняй! Это раз. Во-вторых, вот с чего ты взял, что его вмешательство может ей на пользу пойти? Если он начнёт ей помогать, это лишь утопит её ещё глубже! Она не хочет напрягаться! Её проблемы это способ заставить её сделать это! Ясно?!

— Скажи это Димке.

— Да не услышит он меня. Не услышит! В такой ситуации, когда я пытаюсь что-то говорить, меня не слышат. Как ты с чемоданом. Не слышат и всё. Никто, ни разу! Я лишь проблемы получаю, а результат даже не нулевой, а отрицательный. Для меня всегда очень отрицательный! Хотя вру. Аркадий, вот он единственный услышал, и то не сразу… его лишь то, как меня откачивали, сподвигло призадуматься, может, я всё-таки права была…

— Это у вас примирение было?

— Вроде того. Я не выдержала нашего отчуждения, поехала извиняться. Подумала, чёрт с ней, с этой моей правдой, это не его правда, кому она вообще нужна, какого чёрта я ему её сказала? Поеду, скажу, что двинулась малость башкой, вот и наговорила глупостей. И тут выяснила, что он переступил через себя и сделал всё так, как сказала. И ещё и благодарен мне. Представляешь? Думала, сойду с ума от счастья. Расслабилась, напилась. Что было дальше, ты знаешь.

— Алин, Димка настолько тебя любит, что наверняка услышит. Поговори.

— Босс, вот какого чёрта ты пытаешься сохранить мой брак?

— Не хотел говорить, но скажу… Когда твоему Димке звонил рассказать, что в клинику тебя отправил, парень в открытую со мной разрыдался, мол жизни он без тебя не мыслит, что угодно сделает, лишь бы тебя вернуть. Сказал, что с чем угодно готов мириться, лишь бы ты не уходила. Ему не нужны ни квартира, ни деньги. Ему нужна ты. И без тебя жить он не будет. Я ему сказал, что если он будет тебя шантажировать самоубийством, ты точно уйдёшь и не только на могилку не придёшь поплакать, а вообще постараешься забыть, что знала, поскольку слабаков ты презираешь. Ты ценишь лишь самодостаточных мужественных мужчин. Единственный способ тебя удержать – не показывать слабости и мириться с твоим непростым характером. Тогда у него есть шанс. Так что сделает он всё, как ты хочешь. Лишь поговори откровенно и объясни.

— Босс, вот за что люблю тебя, так это за то, что ты всегда по совести поступать стараешься. Только сейчас зря ты это сделал. Я не хотела тоже говорить, сложно очень в таком признаться, но похоже сегодня день проработки моих проблем. Налей мне рюмочку. Вот выпью сейчас ещё и расскажу тебе то, что, наверное, тебе лучше знать… До краёв, до краёв наливай.

Босс налил мне полную рюмку. Я залпом осушила, потом посмотрела ему в глаза и решительно проговорила:

— Значит так, я не просто так Димку пыталась сепарировать. Он теперь стал полноценным нормальным мужчиной, и ему нужна женщина, настоящая нормальная женщина, способная к сексу и рождению детей. Я не могу ни того, ни другого. И не смогу никогда. Я согласилась с ним расписаться лишь по одной причине. Он был инвалидом, и это ему не требовалось. Сейчас ситуация изменилась, но он как последний дебил цепляется за меня. Он всё знает о моих проблемах, но упорно твердит, что готов при мне жить монахом, лишь бы я не уходила. Это глупость несусветная! Понимаешь?! Он вырос из наших отношений. Вырос! А цепляется мне за подол как неразумный ребёнок. А теперь ещё эта тварь появилась… И я печёнкой чувствую, что если оставлю Димку с ней, она утопит их обоих. И это какая-то чёртова западня, из которой я выхода пока не вижу… Мне надо как-то очень аккуратно сыграть, чтобы и от неё его дистанцировать и к себе не привязать ещё больше, потому что ему нужна нормальная женщина, нормальная!