Книга Однажды, в давние времена…, страница 58 – Сиратори Каору

— Да, совсем отбилась от рук молодёжь, — с напускной серьёзностью посочувствовал сосед. — Но не могу не понять: будь у меня такая знакомая, тоже бы без неё целыми днями скучал. А я ведь к вам с новостью: дозвонился-таки вчера до краснодарца своего. Полный порядок. Завтра он, правда, опять уезжает, в отпуск — но с мамой уже всё оговорено. Вышлем ей сегодня ваши билеты, а новые будут в кассе на моё имя.

— Ой, спасибо, Сергей Анатольевич! Билеты вам прямо сейчас отдать?

— Давайте после завтрака, как раз к почтальону успеем… И… вот ещё что…

Он замешкался, словно забыл, что хотел сказать. Достал из пачки сигарету, старательно размял…

— Андрей, адрес мне свой занесите заодно. — И пояснил Кате: — Джермейна ему обещал… Это по программированию книга, самому не нужна больше… Причёска вам эта очень идёт, растрепалась только немного — на ветру, должно быть.

— Спасибо… — Катя озадаченно поблагодарила его удаляющуюся в сторону выхода спину. — Андрюша, что он хотел этим сказать? Странная какая-то манера делать комплименты. У меня правда с волосами что-то не так?

Андрей посмотрел на неё, и по его изменившемуся лицу она поняла, что что-то действительно не так. Совсем не так. Она бросилась к зеркалу — и даже через загар побледнела от страха.

— На пляж с утра сходили, ага… — пролепетала она упавшим голосом, поспешно вынимая из ушей серьги и снимая бусы. — Андрюша, скажи, что он подумал? Неужели он всё понял?

— Да ничего он не подумал, — попытался успокоить её Андрей. — А и подумал, так максимум что шлялись где-то всю ночь. Из чего ещё вообще ничего не следует.

— Ну что ты говоришь, чтоб сплетни пошли, и меньшего достаточно.

— Тогда, может, просто решил, что ты — модница. Тем более, так оно и есть.

— Не может. В бусах даже самые-самые модницы не купаются… Без повода… И зачем бы ему тогда меня предупреждать?

— Ну хорошо, пусть так, — согласился Андрей. — Но в таком случае, он — на нашей стороне. Чего б он там про себя ни подумал. Логично?

Катя неуверенно пожала плечами.

— Вот и не беспокойся ни о чём. Беги лучше наверх, переоденься — у меня балконная дверь не заперта. Что точно подозрительно будет, это если ты за день двадцать пять нарядов не сменишь. Или на завтрак на опоздаешь.

Поднявшись из столовой, Андрей быстро оглянулся через плечо и первым, пока никого нет, шмыгнул в номер. Катя заскочила следом и поскорее захлопнула за собой дверь.

— Надо всё-таки и тебе, и мне — каждому всегда свой ключ при себе иметь. Вот странно, раньше не задумывалась даже, а сейчас — как пуганая ворона… К себе зайди, кстати, взглянуть на плоды бесчинств наших. Ну что за жизнь? Всё всегда заканчивается уборкой.

— Ничего не поделаешь, второе начало термодинамики: энтропия растёт. И когда бардак достигнет абсолютного максимума, Вселенную ждёт неизбежная тепловая смерть.

— Ужас! Хоть прямо сейчас прибираться начинай.

— А зачем ты, кстати, полдник нам сухим пайком отметила? У нас планы какие-то?

— Наполеоновские. Завалиться от обеда и до ужина. Не знаю, как ты, а я так долго не спать не могу.

— Но мы же тогда ночью не уснём.

— Опасаешься, не найдём, чем заняться? — она скромно потупила глазки и повозила носком по полу.

Андрей попытался схватить и обнять её, но Катя со смехом увернулась.

— Подожди! Сначала билеты наши отнеси — и не забудь ещё раз спасибо сказать, — она вытряхнула на кровать содержимое пакета и сунула ему в руку кошелёк. — А у меня тут пока дельце одно осталось…