Книга Советско-Вьетнамский роман, страница 67 – Андрей Фальков

— Нет, что вы! К обеду все будет как надо, – еще больше обрадовался Тхан Донг.

— Делать нечего, пойдемте! – усмехнулся Шульц.

— Неужели и позиции так же оборудованы? – забеспокоился Кашечкин.

— Вот и посмотрим. Лейтенант Кашечкин, не задерживайте товарищей – оправиться и в душ.

Вася, сглотнув противный комок в горле, на глазах прекрасной Фан Ки Ну зашел за одеяло и подумал, что хуже этого ничего уже быть не может. Но он ошибся – самое интересное было впереди.

Когда Шульц с Рузаевым зашли в дом, Кашечкин уже мылся в душе. Из-за занавески слышался веселый плеск и пение.

— Значит, так, – Шульц обратился к Рузаеву, – вода здесь не просто плохая. Она чудовищная и кишит паразитами. Сырую воду не пить, ни под каким предлогом, даже если ее пьют сами вьетнамцы. Во-первых, они привыкли, а во-вторых, они тоже заражаются. Подцепите какую-нибудь заразу, которую в Союзе и лечить-то не умеют – намаетесь по здешним госпиталям.

— Добро. Пить только кипяченую воду. – Рузаев кивнул.

— Да. Заранее наполняйте фляжки. И еще. Чтобы вода была лучше, мы добавляем в нее немного рисовой водки. Вообще-то местная водка – дрянь ужасная. Я вам дам бутылку хорошего рома, добавляйте его в воду. Знаю, что это нехорошо, но выхода нет.

Рузаев снова кивнул.

— Далее. Белье во дворе сушить нельзя. Здесь водится муха, которая может завестись в мокрой одежде. Кашечкин, слышите меня? – крикнул Шульц, перекрывая плеск.

— Слышу! – ответил Вася. – У меня рому нет, у меня только бутылка водки. Мама дала.

— О! – одобрил Рузаев, – молодец, мама!

— И последнее, – продолжил Шульц, – в душе вода еще хуже. Упаси вас боже хоть каплю проглотить. Когда будете мыться, закрывайте глаза и затыкайте уши, чтобы глисты не попали на слизистую оболочку. Тут у них иногда даже пиявки сквозь душевую сеточку проскакивают.

— А-а-а-а!!! – раздался дикий вопль Кашечкина.

— Лейтенант, в чем дело? – Рузаев отдернул занавеску.

Кашечкин выскочил из-под душа и, стоя с закрытыми глазами, шарил рукой по стене, ища полотенце.

— Отвечайте.

— У-у-у, – плотно сжав веки и губы, Вася с мычанием тряс головой.

— Можете открыть рот. А так же глаза, – заметил Шульц. – Вы уже на сухом месте.

— Да, – Вася ошалело потряс головой, затем икнул и согнулся в рвотном спазме.

— Воды наглотался, – понял Шульц, – и много?

— Я это, того, – Вася пытался подавить рвоту, – я думал, показалось. А оно на языке шевелилось! Думал, показалось! А значит, это правда!

— Червяка проглотил? – так же спокойно поинтересовался Шульц.

— Похоже. Я умру? – в глазах Васи стояли слезы.

— Не должен. Если быстро примем меры, стой смирно, а я схожу за лекарством.

— Да, пожалуйста, – пробормотал голый и мокрый лейтенант Кашечкин.

Шульц полез в вещевой мешок, порылся в нем и достал бутылку, заполненную какой-то желтоватой маслянистой жидкостью. На дне бутылки, уютно свернувшись кольцами, плавала маленькая дохлая змея.

— Что это? – удивился Рузаев.

— Лучшее лечебное средство, – улыбнулся Шульц, – китайская водка.

— А змея зачем?

— Для усиления целебных свойств. Змеиный яд удивительно сочетается с китайским спиртом.

— А можно без змеи, товарищ подполковник, – жалобно спросил Вася, – можно нашей, московской?

— Без змеи? – Рузаев взял бутылку, оценивающе прищурился и с омерзением налил стакан желтой вонючей жидкости, – без змеи нельзя. Без змеи не стошнит. Пей, нарушитель дисциплины.