Книга Запретная королева, страница 227 – Анна О’Брайен

— Вы выйдете за меня, Екатерина?

— Выйду, и вы это знаете. А теперь поднимитесь, чтобы я могла вас поцеловать.

* * *

В моей комнате меня ждала Алиса; не то чтобы она сердилась, – скорее нервничала и беспокоилась. Судя по стоявшим рядом с ней пустым тарелке и чаше, она провела тут уже некоторое время. Алиса быстро глянула на Гилье, сразу же оценив по ее возбужденному виду, кому что известно, и отпустила служанку. Только после этого визитерша задала вопрос:

— Вы ему сообщили?

— Да.

— Ну и?..

— Мы с ним поженимся.

Я поймала себя на том, что счастливо улыбаюсь. Такое вот простое заявление о намерениях. В нем в сжатой форме содержалось все, чего я хотела, и теперь я могла некоторое время не думать о буре, которую поднимет наше решение, буре грозной и мрачной, как хмурые черные тучи, которые сейчас окутывали Виндзор.

— Мы с Оуэном поженимся.

Алиса сперва задохнулась, а когда пришла в себя, сказала именно то, чего я от нее ожидала:

— Вы не можете этого сделать. Это будет нарушением закона. Ваш сын еще недостаточно взрослый, чтобы дать согласие, и Королевский совет тоже будет против. Глостер позаботится о том, чтобы они не согласились на ваш брак ни при каких обстоятельствах. Так что закон решительно против вас, миледи.

Я сцепила руки перед собой и произнесла спокойно и расслабленно:

— Тогда я сделаю это без согласия Юного Генриха и Совета. Я проигнорирую закон. Он несправедлив, и я не стану ему следовать.

Я все еще чувствовала на губах тепло поцелуев Оуэна. Сейчас я готова была противостоять всему белому свету и могла бы бросить вызов любому, кто встанет у меня на пути. Любовь наделяет человека удивительной, несокрушимой силой.

— Глостер наверняка предпримет меры, чтобы вас остановить.

— Тогда я ничего не скажу Глостеру.

Мне казалось, что все очень просто; тем не менее где-то в глубине моей души таилась легкая тревога. Может быть, я все-таки безумно наивна? Ответа на этот вопрос я не знала, но мне было все равно. Я ступила на избранный путь и уже не сверну с него.

— Даже если Глостер не покарает вас, – продолжала настаивать Алиса, – он может отыграться на Оуэне Тюдоре.

Моя скрытая тревога перешла в атаку. Способна ли я сознательно навлечь беду на любимого человека? Нет, не способна. Но иначе мне придется жить без него, а этого я допустить также не могла.

— Готовы ли вы рискнуть? – спросила Алиса.

— Я должна это сделать, – сказала я, уверенно взглянув на нее. – Мы приняли решение. И если понадобится, встанем вместе против всего остального мира. Наш ребенок будет рожден в законном браке.

— Что ж, благослови вас Господь, миледи. Я буду молиться за вас.

Итак, мы с Оуэном обсудили, как будем действовать дальше. Много времени нам на это не потребовалось – не больше, чем длится один поцелуй. Если мы поженимся, то будем целоваться средь бела дня на глазах у всего двора в Виндзоре.

Какой смысл скрывать скандальный брак между вдовствующей королевой и ее дворцовым распорядителем? Зачем нам тайные церемонии, если мы хотим жить вместе открыто, как муж и жена? И к тому же о какой секретности может идти речь, если во мне уже растет наш ребенок? Я могла бы скрывать свое интересное положение под пышными платьями с высокой талией еще несколько недель, но не вечно же; а так этот ребенок родится с честным именем. Мы поженимся прямо сейчас, и будь что будет – «к черту последствия», как выразился Оуэн.