Книга Запретная королева, страница 224 – Анна О’Брайен

— Постыдной? Я с вами не согласна. Я не считаю эту ситуацию постыдной, в отличие от вас. Я ведь люблю вас. И ваше положение в моей свите тут же изменится к лучшему.

— Зато мое происхождение останется прежним. Боже правый! Вы хоть представляете себе, каково это – носить на себе клеймо «валлиец»?

— Нет.

Откуда мне было это знать? Оуэн был единственным уроженцем Уэльса, с которым я была знакома.

— Ну конечно, вы этого не знаете. Это чудовищный пример несправедливости, кровавой мести, которая целенаправленно вела к уничтожению валлийской гордости, исторического наследия и традиций. И прав валлийцев перед лицом английского закона.

Все это по-прежнему мало о чем мне говорило. Почему, собственно, это мешает ему жениться на мне? Я не могла понять причин неистовой ярости, из-за которой сейчас пылало его лицо. И вопреки всему, единственное, что в такой ответственный момент пришло мне в голову, – это что в гневе Оуэн просто неотразим.

— Мне нечего предложить вам, Екатерина, – продолжал он тем временем. – Совершенно нечего.

— А зачем вам что-либо мне предлагать? В материальных ценностях я не нуждаюсь. У меня есть земли, собственность…

— Екатерина! – Он остановил меня, подняв руку, и понизил голос, чтобы сделать откровенное признание. – Но ведь это только все усложняет. У вас есть королевское наследство, тогда как я… – В отчаянии он провел ладонями по лицу, оставив мазок крови на щеке. – Я слишком горд, и это не позволяет мне взять вас в жены, ничего не дав взамен.

Сердце мое обливалось слезами от жалости к этому гордому мужчине, однако, призвав на помощь самообладание, я ответила ему со всей невозмутимостью, на какую была способна.

— Но почему так важна гордость? Она что, сильнее любви? – спросила я. – Я хочу быть с вами. Если мы поженимся, никаких преград не будет. Неужели вы позволите собственной гордости встать у нас на пути?

Однако мой вопрос вызвал у Оуэна новую вспышку гнева, и это меня удивило.

— Господи, ну конечно! Я у вас на побегушках, но в моих жилах течет благородная кровь Лиуэлина Великого. Я принадлежу к тому же роду, что и могущественный Оуайн Глиндур. Так что да, я человек очень гордый.

— А это хорошо? Я имею в виду, что вы одной крови с этими людьми?

Я никогда не слышала ни о Лиуэлине Великом, ни об Оуайне Глиндуре. Да что там говорить – мне даже выговорить их имена было сложно.

— Так вы даже не знаете этого! – Смех Оуэна был злым и горьким, но смеялся он не надо мной. – Это лучшие, достойнейшие люди. Принцы нашего народа, которые вели Уэльс к славным победам на поле брани, пока не пали от руки проклятых англичан.

Его пылкая речь окончательно меня озадачила.

— Если вы такого знатного происхождения, состоите в родстве с Лиуэлином Великим, тогда почему мне служите?

— Потому что закон лишил меня последней надежды иначе распорядиться своей жизнью. Да простит меня Господь, Екатерина, но я не должен был так бездумно завлекать вас в свою постель.

— А я, напротив, благодарю Господа за то, что вы все-таки это сделали.

Сознание мое уже неслось галопом дальше, оставив в покое валлийского героя Глиндура и заоблачную гордость моего возлюбленного. Но одна мысль – всего лишь одна – вцепилась в меня своими острыми когтями.

— Вы говорите, что лишены каких-либо средств.