Книга Ностальгия по унесенным ветром, страница 122 – Татьяна Иванова

Хм! Да Скарлетт в этом никогда и не сомневалась, стоило ей припомнить его подхалимную, сладкую физиономию, преотвратительнейшего вида с длинным носом и жидкими белесыми усиками, его хитро бегающие глаза и узловатые, вечно скрюченные пальцы рук.

— Сразу после того, как мы поженились, и пока еще был жив Кейд – рассказывала Кетлин – он вел себя сдержанно и спокойно. Старался мне ни в чем не перечить, и я была бы ему очень признательна за это и за то, что он полностью взял на себя заботу о нас с Кейдом и нашем имении. Но, Скарлетт, ведь я же не любила его, да и это еще полбеды. Многие женщины живут с нелюбимыми мужьями и довольно легко это переносят. Я же не переносила его физически. Одним словом, он был мне омерзителен. Я могла воспринимать его спокойно на расстоянии, но стоило ему приблизиться ко мне, прикоснуться. Боже мой, Скарлетт, ты не представляешь, что я испытывала в такие минуты!

Я стала ненавидеть ночи и по мере их приближения каждый раз мои нервы накалялись до предела. Эти пытки, а по- другому я это назвать не могу, были почти каждый день, он был неистов в своих желаниях. Со мной же он не считался и всякий раз указывал на мой супружеский долг. Мне казалось даже, что мои мучения доставляют ему еще больше удовольствия. Ах, Скарлетт и я все это терпела, стиснув зубы.

Скарлетт смотрела на Кетлин и на глаза ей наворачивались слезы. Да, она тоже не любила ни Чарльза, ни Френка и тоже не испытывала никакого удовольствия в постели, однако в этой ситуации хозяйкой положения всегда оставалась она и допускала эти маленькие мужские шалости изредка, из снисхождения к ним. С Реттом же было совсем иначе. Хозяином положения, в таких случаях, всегда оставался он. Однако Ретт выбирал для этого такие моменты, когда и она находилась в хорошем настроении, которое, зачастую он сам ей и поднимал. Одним словом, Ретт подходил к этому так искусно, что Скарлетт не имела никакой возможности отказать ему.

— На себя я, Скарлетт, давно плюнула. – Продолжала свой рассказ Кетлин.

— Сначала мне так не хватало Вас всех, моих старых друзей и соседей, но где я могла показаться с таким мужем? Мне было стыдно! Пару раз мы получали приглашение от Тарлтонов и миссис Биатриса, по доброте своей душевной, наведывалась к нам в гости сама. А потом эти визиты как-то прекратились сами собой, и я встречалась с соседями только где-нибудь по чистой случайности. После смерти Кейда Хилтон повел себя совсем по-другому. С него слетел весь джентльменский лоск, который он так искусно надевал на себя все это время. Он стал открыто грубить мне и заставлял подолгу работать всячески оскорбляя, называя неблагодарной дрянью. Ах, Скарлетт, я возненавидела его еще больше и совсем дошла до отчаяния. Я проклинала себя за то, что решила выйти за него замуж. Уж лучше бы я жила одна на плантации, чем выносить такое! Дошло до того, что я решила наложить на себя руки и все ночи напролет думала о том, как бы мне это осуществить. И я бы это сделала, клянусь тебе, Скарлетт, если бы не обнаружила, что жду ребенка.

У меня было двоякое чувство к тому, что я забеременела. Я так ненавидела Хилтона, что не могла разобраться, как отношусь к его ребенку. Это чувство было странным, с одной стороны оно утешало, а с другой угнетало. Я, Скарлетт, порой ненавидела этого ребенка, особенно после скандалов с Хилтоном, а иногда чувство стыда за эту ненависть к невинному существу разрывало мне душу. Ведь это был и мой ребенок тоже, это была новая жизнь, которую Бог доверил мне и я, в конце концов, перестала думать о том, чтобы наложить на себя руки.