Онлайн книга «Жёны Шанго»
|
— НЕ-Е-ЕТ!!! – взвыл Эшу. — Да! – Оба бросила ему ключи от машины. – Иди – заводись! И не вздумай сбежать! Мне что – самой таскать корзины по всему Модело? К тому же мне нужна черепаха, а она тяжеленная! — Что? – Эшу изменился в лице. – Шанго?.. Ты… Дьявол, детка! Ты ждёшь сегодня Шанго?! — Не твоё дело! – Оба, наконец, рассердилась всерьёз. – Иди заводись! Казалось, Эшу вот-вот швырнёт ключи на пол. Но он сдержался и молча вышел. Они вернулись к полудню. Эшу, за всё утро не сказавший ни одного слова, принялся перетаскивать пахнущие морем корзины на кухню. Оба ушла переодеться. На ходу крикнула двум девушкам-мулаткам, отмывающим столы кафе после завтрака: — Теа, Ясмина, у нас сегодня вечером полный автобус грингос, так что сейчас закрываемся! Идите отдыхать, а в девять вы обе будете мне нужны! — Да, дона Оба! – весело пропищали те, – Вам помочь? — Ну уж нет! Нечего путаться у меня под ногами! Марш на пляж! Помощницы, хихикая, выбежали за дверь. Поднявшись в кухню, Оба убедилась, что корзины с продуктами аккуратно поставлены на пол, а Эшу исчез. С облегчением вздохнув, она надела фартук и первым делом вытащила из корзины огромную живую черепаху. Жареная черепаха – то, что больше всего на свете любил Шанго. Её первый муж Шанго, который сегодня вечером непременно придёт к ней. Оба всегда знала заранее обо всех его визитах. И от счастья пополам с безутешной горечью саднило сердце. Работа на кухне закипела. Мылись в лимонной воде моллюски, чистилась гора рыбы, жарились огромные розовые креветки, поблёскивали в тазу сизым, холодным блеском мидии. Пятикилограммовый пакет тапиоковой муки был вскрыт, и на гигантской сковороде жарились блинчики. Огромная бутыль дэндэ[54] гордо высилась на столе, солнце било сквозь окно прямо в неё, и жёлтый блеск пятном ложился на плиты пола. На плите дымились сразу три кастрюли – с козиду[55], сарапателом[56] и гордостью Оба – мокекой[57] из моллюсков. На другой плите тушилась черепаха, распространяя по всему дому острый запах моря и специй. В духовке доходили банановые болиньос[58]. Воодушевлённая Оба была готова накормить всех голодных туристов города Баии! Готовка всегда успокаивала её, придавала уверенности и поднимала настроение. Но именно сегодня, как назло, неудачи сыпались одна за другой. К возмущению Оба, добрая половина моллюсков оказалась протухшей – а ведь она так тщательно отбирала их, и продавец был давно знакомый, проверенный! Потом вырвался из рук огромный пакет с мукой! Желтоватая пыль осыпала всю кухню, осев в кастрюлю с бульоном и безнадёжно испортив его. Духовка невероятным образом оказалась включённой на триста градусов вместо положенных ста восьмидесяти, и, не спохватись вовремя Оба, её чудесные болиньос превратились бы в угольки! Наконец, сломалось лезвие любимого ножа! Когда же пачка соли не с того ни с сего решила свести счёты с жизнью и ухнула с полки прямиком в кипящую мокеку, Оба не выдержала и завопила: — Эшу! Паршивец! Прекрати немедленно! В ответ – тишина. Оба вывернула в раковину испорченную мокеку и, похожая в клубах пара на восставшую из ада фурию, с размаху грохнула об стол кастрюлей. — Почему ты лезешь не в своё дело?! Убирайся вон из моей кухни! У меня сегодня целый автобус туристов! Предзаказ! От уважаемых людей! А ты!.. |