Книга Избежать судьбы второстепенной героини, страница 146 – Канна Шорен

Стоило прозвучать последнему звонку, как занавес медленно, с торжественной музыкой, доносящейся из оркестровой ямы, поднялся, являя свету декорации первой сцены спектакля. И мне, увы, хватило нескольких минут, чтобы понять, о чём он. О, лучше бы я не приходила в театр сегодня. На сцене разворачивалась постановка, посвящённая королю Карлу и его возлюбленной леди Марианне.

В народе их любовь была примером трагедии, которую пришлось им нести сквозь года. Даже несмотря на то, что он был королём, им не удалось официально пожениться из-за сопротивления королевского Совета. Но была у этой истории и другая сторона — супруга короля, Августина. Она была достойной женщиной и, что самое важное, аристократкой. Августина была холодна с желавшей подружиться Марианной. Это осуждал народ, но аристократия — никогда. Она — королева. Она родила законного наследника престола, правила вместе с мужем, была его поддержкой в трудную минуту, вершила благие дела. Августина всегда держала Марианну на расстоянии, не подпуская близко. Но та… та считала иначе, считала жену возлюбленного своей подругой. И в слезах, умирая от кровопотери в третьих родах, попросила королеву позаботиться о её детях, бастардах короля. И Августина позаботилась, несмотря ни на что.

Я искренне ненавидела эту историю. Королева-мать никогда дурно не высказывалась об ныне покойной леди Марианне. Но всегда её лицо было такое, словно целиком съела лимон и пытается скрыть то, что ей кисло. Быть женой только из-за своих способностей и никогда не знать, что такое любовь супруга… Карл не был жесток, он ценил и уважал свою жену, был с ней нежен, но любви Августина так и не познала. И мне было искренне её жаль. Даже политический брак Филиппа и Изабеллы в итоге перерос в нежную привязанность.

И я была рада, что не стала женой, как Августина. И что мне не стать любовницей, как Марианна. После завтрашней ночи меня, как единицу аристократического мира, можно будет забыть. Она станет толчком к отбытию в монастырь, где наконец-то будет тихо и спокойно. Но на мысли об этом в голове возник ехидный такой червячок, пищащий: «Ты уверена в своём решении? Ты просто так оставишь свою влюблённость к Константину?». Я слегка тряхнула головой, желая его заткнуть. Для себя я всё решила. В остальном остаётся уповать на удачу и судьбу. Надеюсь, они меня пожалеют.

— Амелия, тебе не нравится спектакль? — послышался справа шёпот Карины.

— Не люблю эту историю, — уклончиво и также тихо ответила я.

— Почему?

— Это история… — едва заметно махнула в сторону сцены, где актриса, играющая Августину, шла в скромном подвенечном платье к алтарю, пока «Марианна» едва слышно рыдала, видя, как её любимый женится на другой. — Это история не о любви. Она о скорее о трёх судьбах, которых сломали условности двора и времени. Карл не был слабым правителем, но ничего не смог сделать с правилами, которые делали его союз с Марианной невозможным. Марианна, желающая быть с возлюбленным, вынуждена была смириться с положением любовницы. И с тем, что её детей будут называть… ублюдками. А Августина… пример стойкой женщины, которая так и не узнала, что такое любить и быть любимой. Она выбрала трон и долг вместо возможного счастья.

— Ты… мыслишь иначе, не как остальные. Большинство считают леди Марианну выскочкой.