Книга Эларис: День, когда всё изменилось, страница 38 – Алёна Орион

Флейм медленно расцепила пальцы, добела сжимавшие кожаную сумку. Сделала глубокий вдох, впуская в легкие морозный воздух кареты, выравнивая сумасшедший пульс. Её лицо разгладилось, став жестким и сосредоточенным.

— Я услышала вас, леди Таэл, — произнесла она. Голос прозвучал низко, чисто, без единой светской колючести. — Я не просила лорда Элариона ломать свою жизнь. И я совершенно точно не стану причиной его гибели.

Флейм плавным движением перекинула ремень сумки через плечо, не отрывая взгляда от бледного лица эльфийки, и уверенно легла ладонью на холодную металлическую ручку дверцы. Повернула её до щелчка, преодолевая сопротивление герметичного замка, и потянула на себя.

— Но запомните одно, — Флейм обернулась на пороге, и в её карих глазах тускло полыхнуло истинное, древнее золото Искры. — Я делаю это не ради вашей вечности и не ради симметрии ваших планов. Я делаю это только ради него.

Она шагнула наружу.

Яркий, пульсирующий, оглушительный шум Центрального квартала мгновенно ворвался в карету, начисто стирая стерильный эльфийский холод. Студенты с криками бежали к дверям Академии, торговцы предлагали горячие каштаны, где-то яростно спорили возницы. Жизнь Элариса кипела, не заботясь о том, что мир одного конкретного преподавателя Академии только что разлетелся на тысячи осколков.

Флейм спрыгнула на мостовую, с сухим стуком приземлившись на каблуки кожаных сапог. Не оборачиваясь, она обратным движением руки захлопнула за собой тяжелую черную дверцу, отсекая ледяной взгляд леди Таэл.

Расправив плечи так, будто корсет все еще держал её позвоночник стальной спицей, Флейм быстрым, тяжелым шагом направилась к чугунным воротам. Впереди был самый сложный день в её жизни. Ей предстояло собственными руками погасить живой огонь, который она только-только научилась пробуждать.

Воздух в лаборатории номер три казался густым, как кисель. Он намертво пропитался едким запахом жженой серы, меловой пылью и напряженным сопением двух десятков первокурсников.

Флейм стояла у кафедры, до хруста стиснув пальцами её прохладный деревянный край. Перед глазами лениво плясал золотистый огонек спиртовой горелки, но вместо синего пламени она видела прозрачный, беспощадный взгляд леди Таэл.

«Он сгорит. Заживо растворится в вашем пламени».

Слова эльфийки пульсировали в висках в такт глухим, тяжелым ударам сердца. Флейм заставила себя задышать мелко и экономно, как на балу в корсете. Она — практик. Она знает физику стихий и законы сродства лучше, чем собственную родословную. Огонь не ведает жалости. Он жрет всё, до чего может дотянуться, если нарушена структура. И если эльфийский дипломат, сотканный из векового равновесия, попытается удержать её дикую, необузданную Искру — его магия просто рухнет, разорвав его изнутри.

— Мисс Флейм! — тонкий, панический вскрик Лиры с первой парты разрезал тишину лаборатории.

Флейм резко вскинула голову. В третьем ряду Джейнс с побелевшим лицом инстинктивно отшатнулся от своего штатива. Внутри медного тигля стремительно разбухал кристалл магнезии. Он уже перешел из безопасного красного спектра в слепяще-белый, пульсируя, как крошечное, готовое к детонации солнце. Ошибка в пропорции. Критическая масса.

Две секунды до взрыва, который вынесет витражные окна и оставит от первого ряда студентов обугленные тени.