Книга Ключ к Эверленду. Хроники Вигора, страница 36 – Юлия Васильева

— Лия Русс слушает.

— Сокровище, это я.

Пьер наконец-то объявился. Его молчание начало меня пугать.

— Предметы не подошли?

— Нет, дитя моё.

Ожидаемо. Как и то, что упрямый клиент продолжает общаться через Пьера. Мне тоже нечем его обрадовать. Пересказываю последние события, признаваясь, что зашла в тупик.

— Не расстраивайся. Мы с приятелем поговорили, и вот что выяснил: он не знает, что именно нужно, но точно уверен в том, что не нужно. Я расспросил его — предметы, которые он отверг, он знал лично и держал в руках.

Собираюсь ответить, но вдруг слышу в трубке шорох, гулкий удар и щелчок.

— Пьер?

— Лия?

Выясняем, что ни у него, ни у меня ничего не падало. И я быстро понимаю, в чём дело.

— Месье Дюваль, боюсь, наши разговоры больше не конфиденциальны.

— Думаешь, нас слушают? Но кто?

Это и мне хотелось бы узнать.

— Передайте заказчику. Похоже, кто-то из местных тоже заинтересован в реликвии. Если он хочет уберечь её, действовать нужно быстрее.

Напуганный Пьер обещает немедленно связаться с клиентом. Кладу трубку и больше не чувствую себя в безопасности. Кому это может быть нужно?

«Эдмонд? Ведь это он подключил телефон».

Хотя, вероятно, он взял его у Фанже. Мадлен, любящая контроль, вполне могла установить прослушку. Но и «святошу» списывать со счетов рано. Если они хотят найти реликвии, почему до сих пор не сделали этого? Или они опасаются, что я — та, от кого нужно защищать сокровища.

Похоже, вернусь из Вигора с паранойей. Зато с картинами, будь они неладны. Делаю то, что делаю в любой непонятной ситуации — иду к Софи.

Блондинка открывает, но пёс, привязавшийся ко мне, оказывается проворнее. Харс огибает хозяйку, и вот уже его лапы у меня на плечах. Обнимаю громадного дога, по характеру больше напоминающего лабрадора.

— Проходи, Харс — сидеть!Пёс полностью игнорирует её и крутится вокруг меня волчком. В исполнении немецкого дога такой вальс выглядит комично. Он полюбил меня с первого взгляда — в один из визитов я не испугалась его огромной морды.

Мы отправляемся в гостиную, попутно гладя счастливого питомца.

— Ты уже гуляла с ним?

Софи кивает. Мне приходит в голову мысль.

— А Харс был в леске Филиппа?

— Нет.

Мы переглядываемся. Собаке понравится новое место, да и Филипп наверняка обрадуется гостям.

— Ты ведь не просто так идёшь к Фанже? — проницательно замечает Софи. Я давно поняла, что она умница.

— Хочу задать Филиппу пару вопросов.

— Каких?

— Мой телефон прослушивается, Софи.

Блондинка замирает.

— Ты уверена?

— Практически на сто процентов.

— Но кому это нужно? Зачем?

— Понятия не имею. Но телефон притащил мне священник.

— При чём тут Филипп?

— Где ещё Эдмонд мог взять телефон, как не у своих любимых Фанже?

— Я бы начала с Дюрана, — Софи кажется мой план сомнительным.

— И что я скажу? «Не вы ли, святой отец, роетесь в моём белье?» Слишком провокационно.

— Можно было просто спросить, откуда телефон.

— В июле пойдёт снег, если Эдмонд хоть раз прямо ответит на вопрос.

Самым сложным оказывается незаметно провести мимо поместья приметное животное. Харс рвётся пометить розы Мадлен, но мы уговариваем его пройти мимо.

Филиппа нет ни в саду, ни в домике. Садимся на скамью, отпуская собаку резвиться.

— Странно, Филипп часто тут на каникулах. — Замечает Софи.