Книга Порочная невинность, страница 89 – Пайпер Рейн

— Тебя вызывают к ректору.

— Зачем? – хмурюсь я.

— Просит позвонить твой отец. Меня за тобой послали.

— Черт!

Я возвращаюсь в комнату, чтобы обуться, и выхожу обратно.

— Я с тобой, – говорит Томмазо. – Вдруг есть новости о моем папе.

Я не спорю. Он прав. А если что-то секретное, я ему просто не скажу.

— Ладно, погнали.

Мы мчимся через кампус к административному корпусу и направляемся в кабинет ректора. Он явно пришел из дома и одет не в дорогой деловой костюм, как обычно, а в клетчатые пижамные брюки и футболку; на плечах накинут халат. Ректор стоит у открытой двери своего кабинета и, заметив нас, жестом приглашает войти.

— Можете воспользоваться телефоном.

Мы с Томмазо входим в кабинет, и ректор закрывает за нами дверь, а сам остается с другой стороны. Я направляюсь к столу, беру трубку и набираю номер отца.

— Антонио…

— Что случилось?

Я плюхаюсь на стул, Томмазо ходит по комнате.

— Ты был прав. У нас завелась крыса.

— Кто? – рычу я.

— Оронато.

Слово повисает в воздухе. Отец Авроры? Не может быть!

— Ты не ошибся?

— В конце концов мы отследили посылку. Настигли там кое-кого из наших. Помогли им разговориться.

«Помогли»! Известно, какую помощь он имеет в виду. Я сам в свое время помогал кое-кому разговориться. Эти ребята наверняка уже мертвы.

Томмазо замечает выражение моего лица.

— Что там? Выяснили, кто его убил?

Я со вздохом отворачиваюсь и запускаю руку в шевелюру.

— Зачем ему это?

— Видимо, он крал оружие, а затем продавал его ирландцам и присваивал деньги. Думаю, Лео что-то заподозрил, поскольку эти ребята работали под его началом, и Оронато его убрал. Не знаю пока, как он снюхался с ирландцами, но я найду ответы. Я обещал Томмазо, что дам возможность отомстить за отца, так что предатель ждет возмездия в надежном месте. Утром пришлю за вами самолет.

— Мы будем готовы.

Я бросаю взгляд на Томмазо. Он спрашивает глазами: «Что происходит?»

— Ладно. Марчелло пока ничего не говори. Я знаю, он помог осуществить план, но предательство характеризует семью не лучшим образом.

— Да, понял.

У меня в голове вдруг что-то щелкает.

— Подожди. Ты сказал, Оронато связался с ирландцами, а не с русскими.

— Именно.

И тут меня накрывает: рассказ Софии получает логическое объяснение. Отношения Авроры и Конора. Пропавший ключ. Ирландский галстук в комнате Софии. А потом я пошел и выложил все Авроре.

— Черт!

Я вскакиваю со стула.

— Что, сынок?

— Кажется, я понял, как Оронато связался с ирландцами. Мне пора. Завтра объясню.

Не успевает он возразить, как я кладу трубку.

— Что случилось? – не понимает Томмазо.

— Бежим в Рим-хаус. Расскажу по пути.

Мы выскакиваем из кабинета ректора, и по дороге в общежитие мой друг узнает, что его отца убил предатель из наших. Затем я рассказываю о нас с Софией и, наконец, о беременности Авроры и отношениях с Конором.

— Не могу дождаться, когда всажу пулю в голову этому ублюдку! Отомщу за отца.

Мы вваливаемся в Рим-хаус. Уже поздно, в холле никого нет.

— Во-первых, мы должны убедиться, что с Софией все в порядке. Теперь, когда Аврора пришла в себя, она способна на любую подлость.

Я нетерпеливо нажимаю кнопку лифта.

— Ты действительно допускаешь, что Аврора может навредить Софии? – спрашивает Томмазо, когда мы входим в лифт.

Я вспоминаю, как она умеет манипулировать и врать. Аврора метит на первое место, а всех, кто стоит на пути, считает угрозой.