Книга Мое сердце переехало, страница 9 – Мишель Бюсси

— Увидишь, тебе здесь понравится.

Эта дама — это была ты, Бене. Сегодня я могу признаться тебе: в то утро ты мне не понравилась. Мне не нравилось, как ты со мной разговаривала — слишком любезно, мне не нравилась твоя улыбка и тем более твой тихий смех, хотя там не было ничего смешного, действительно ничего. Мне не нравились твои глаза, которые следили за мной, не показывая этого, но я прекрасно знала, что ты выслеживаешь меня, чтобы всё рассказать психологу и врачу, может, даже копам — я видела их столько, целый парад, за последние семь дней. Мне не нравилась твоя рука в моей, она казалась мне слишком большой, ты казалась мне слишком высокой, всё в «Прерии» казалось мне слишком большим. А я была Маленькой Пальчишкой из своей сказки, последней, которую мне читала мама, я была крошечной, я просто хотела вернуться в свою крошечную квартиру в доме «Сорано, - в свою крошечную комнату, запереться где угодно — в коробке, шкафу, ящике, в темноте — и больше оттуда не выходить.

— Вот и тот самый парк, — сказала ты, не переставая улыбаться. — Менее чем через месяц вишни созреют.

И ты снова разразилась своим нелепым смешком.

Я застыла как вкопанная. Я смотрела на десять мальчиков, всех выше меня, играющих в футбол между вишневыми деревьями. Я смотрела на девочек, сидящих кругом и оживлённо болтающих. Одни смеялись, другие играли в догонялки. Мне казалось, будто я попала на школьный двор, заполненный чужими детьми, детьми, которых я не знала и с которыми не хотела разговаривать, потому что я больше не хотела смеяться, бегать и тем более играть. Мне не нравился парк «Прерия, - мне не нравились вишни, мне не нравился футбол…

— Дай мне свой чемодан, если хочешь.

У меня остался только он — мой чемодан. С несколькими вещами внутри. И еще моя книжка сказок «Rouge et Or. - Единственное, что теперь имело значение. - Маленькая Пальчишка» и мои другие сказки. Единственное, что я хотела сохранить навсегда. Я потеряла всё остальное, даже Болдука. Я не вернулась в квартиру в доме «Сорано. - Никто не сказал мне, что с ним стало. Кто бы об этом позаботился. Я не осмелилась спросить. Может, он тоже сбежал. Или что существуют такие дома, как «Прерия, - но для потерявшихся кошек.

— Можешь отдать мне свой чемодан?

Я не ответила, но очень крепко сжала ручку, чтобы никто не смог вырвать его у меня, даже ты, Бене.

— Ладно, держи его. Мы почти пришли. Пойдем, поднимемся по лестнице. Я покажу тебе твой новый дом.

Мы прошли через большой застеклённый коридор и поднялись по ступенькам. На уровне моих глаз висели детские рисунки в рамках. Море, солнце, лес, горы, дорожки, ведущие в никуда, машины с квадратными колёсами, лодки без парусов, самолёты без крыльев.

Я думала про себя, что даже если бы я не очень хорошо рисовала, у меня бы получилось лучше!

Я несла всякую чепуху.

Я не могла себе представить, что с этого утра я буду жить здесь.

Мне ведь всё объяснили. Перед тем, как приехать сюда, я была у психолога — молодого парня с вьющимися волосами и круглыми очками, он всё мне рассказал, не торопясь, успокаивающими словами. Моя мама умерла. Она упала с мостика. Наверняка это был несчастный случай. Наверняка, потому что никто ничего не видел, свидетелей нет, поэтому ведётся расследование, чтобы понять, что произошло. Пока что — психолог действительно не торопился, словно исчерпал весь свой запас успокаивающих слов, — пока что твой папа в тюрьме. Твой папа был на месте, когда твоя мама упала с пешеходного моста, но он ничего не помнит, он слишком много выпил, по крайней мере, так он говорит, поэтому нужно подождать, чтобы узнать… Узнать что? — хотелось мне ответить психологу с глазами совы, хотя я ничего не сказала.