Книга Видящая во снах, страница 37 – Ольга Которова

— Может быть, никто, – произнес Скоблев, останавливая проницательный и задумчивый взгляд на Юрии Никифоровиче.

Нет, все-таки не зря он сюда приехал. Есть одно дело, а точнее, разговор.

— Вы что-то знаете, но не хотите со мной делиться? – снова заговорил Морозов.

Лене не нравилась скрытность коллеги. Столичный следователь был странным: постоянно о чем-то думал, скрывал и кажется, подозревал каждого, попавшегося на глаза. Так никто из других коллег себя никогда не вел. И с каждым днем Леонид все сильнее убеждался – тот совсем не командный игрок.

— Нет, я пока ничего не знаю. Но есть одна мысль. Я тебе позже расскажу. А пока иди в машину, хорошо? – попросил Скоблев, взглядом указав на скорбящих, уже направившихся по своим делам. Поминок не планировалось. У тех, кто хоронил Веронику, денег хватило только на погребение. – Я скоро подойду.

Морозов, кивнув Роману, кажется, даже с облегчением выдохнул и пошел за всеми остальными на выход с кладбища. А Скоблев быстрым шагом подошел к Масленикову, стоящему возле свежей могилы, на которую недавно положил большой букет кроваво-алых роз.

Столичному следователю все никак не давал покоя этот мужчина, как и его пропавший брат. А еще Рома постоянно думал о том, кто же все-таки приходил в кабинет и как потом оттуда исчез.

— Добрый день, Юрий Никифорович.

Следователь подошел со спины и встал сбоку, напротив креста с цветной фотографией улыбающейся красивой девушки. Быть может, Вероника уже всю свою жизнь расписала и радовалась каждому дню, даже не подозревая, что стоит выйти из дома и ее не станет.

Директор детского дома обернулся. Он показался Роману не таким уверенным, как в день первого визита. Сейчас Маслеников выглядел подавленным, угрюмым и уставшим. И вообще, создавалось впечатление, будто с их последней встречи постарел на десяток лет: на бледном лице отчетливо выделялись черные мешки под глазами, а волосы наполовину поседели. Надо же, а Роман в прошлый раз седины не заметил.

— А, это вы. Все разнюхиваете? Никак не можете остановиться?

— Я делаю свою работу. Нужно же кому-то поймать преступника.

— Знаете, не в обиду будет сказано, но вы мне не нравитесь, Роман Русланович. Даже не даете нормально похоронить человека, все высматриваете, ищете. Суете нос куда не положено, – устало и с раздражением произнес Маслеников, смотря не на Скоблева, а на фотографию Вероники, и смахнул слезу с пухлой бледной щеки.

— Это моя работа, – повторил следователь. – И я бы хотел задать вам пару вопросов.

— Сейчас?

— Да, сейчас.

Юрий Никифорович снова обернулся, и Роман заметил что-то в его взгляде такое… К сожалению, мысль тут же испарилась.

— Мне некогда. К жене нужно. Она не может долго без меня обходиться.

— Всего пару минут, не больше, обещаю, – настоял Скоблев.

— Черт с вами, задавайте. Только быстрее, прошу, – директор детского дома тяжело вздохнул.

— Расскажите мне о том дне, когда пропал ваш брат.

Юрий Никифорович вздрогнул и испуганно посмотрел на Скоблева.

— Вам и это уже известно? – спросил сдавленно.

— Да. Узнал буквально случайно.

— И какое отношение исчезновение Семена имеет к убийствам девушек?

— Вы ответите? – Рома пропустил вопрос собеседника мимо ушей, смотря строго и взглядом обещая, что не отступит, пока тот не заговорит.