Книга Видящая во снах, страница 38 – Ольга Которова

— Мы каждое лето ходили за грибами и ягодами, а потом продавали их приезжим и имели небольшой доход. Отец с детства приучал к труду, – вздохнув, начал рассказ Маслеников. – В то утро мы с братом, как всегда, отправились на нашу укромную поляну. Там ягод море, да и об этом месте никто, кроме нас, не знал. Собирали ягоды по разные стороны, и я не заметил, как брат отдалился, а потом и вовсе ушел. Принялся его искать, всю округу обежал, но так и не нашел. Домой вернулся только к вечеру. Родители сразу же милицию вызвали, добровольцев, и мы снова пошли в лес. Но брата так и не нашли.

— А какие у вас были отношения?

— Нормальные отношения. Как и у всех, – пожал плечами Юрий Никифорович.

— Но вы ведь не родные.

— И? Что это меняет? Пусть у нас отцы и разные, но я любил его.

Скоблев внимательно посмотрел на мужчину, дергаными движениями то и дело поправляющего и без того идеально сидящий пиджак. Скорее всего, он так разволновался из-за переживаний и воспоминаний.

— Юрий Никифорович, я сейчас задам вам очень странный вопрос, но ответьте, хорошо? – директор кивнул, еще больше напрягаясь. – Скажите, а вы потом не видели брата?

Маслеников непонимающе уставился на Романа.

— Что вы имеете в виду? Семен же пропал. Как бы я его мог видеть?

— Ну, вы были ребенком. Всем известно – дети порой видят недоступное взрослому человеку.

— Я вас не понимаю, Роман Русланович.

— Ладно, – сдался Скоблев. Он уже и сам устал от этого разговора. – Не берите в голову.

— Вы все-таки очень странный. Ладно, мне пора, – не прощаясь, Юрий Никифорович развернулся, бросил взгляд на деревянный крест и зашагал по направлению к выходу с кладбища.

Рома, проводив собеседника глазами, поднял лицо к солнцу и прикрыл веки. Ему сейчас хотелось в свою квартиру, в уюте которой можно расслабиться, оставляя все проблемы и работу за порогом. А еще… Он уже давно не был на могиле жены и начинал винить себя. Но если придет туда и посмотрит на ее фотографию, то безумная душевная боль вгрызется с новой силой. И получится ли тогда не сорваться, не приникнуть к бутылке, как сразу после смерти Марины?

— Как же я скучаю… – прошептал мужчина одними губами и почувствовал, как его щеки будто коснулось что-то теплое. Словно кто-то погладил, еле-еле касаясь кожи.

Скоблев вздрогнул, открывая глаза и осматриваясь. Устало потер ладонью лицо и пошел к машине, где ждал Леонид.

Веронику похоронили практически в самом конце кладбища, и Рома мог поклясться, что запомнил дорогу. Да и идти-то по прямой. Но заблудился. Ходил между могил, всматриваясь в фотографии, и понимал – движется по кругу. Несколько раз доставал телефон, хотел набрать Морозова, попросить помочь выбраться. Но связи не было.

— Твою мать, ну сколько можно-то?

Он снова остановился и огляделся. Никого. Лишь на редких деревьях, растущих между могил, сидели вороны. И Роману казалось, что с каждой минутой их становится все больше и больше. А главное – они наблюдают. От этих мыслей становилось не по себе.

Рома обернулся, осматривая очередной памятник в попытке найти выход. За могилой явно ухаживают. Но его привлекла фотография на старом темно-коричневом деревянном кресте. Следователь подошел ближе и замер, всматриваясь в знакомое женское лицо.

— Зурина Ольга Аркадьевна, тысяча девятьсот восьмой, тысяча девятьсот тридцать первый, – вслух прочитал мужчина и снова посмотрел на фотографию. Девушка казалась точной копией той Оли, с которой он познакомился недавно. И имя с отчеством совпадали.