Книга Слова Королей и Пророков, страница 198 – Шона Лоулес

— На этот раз – да. Ты и так много времени провел с корабелами в Килл-Ройше.

Тарлах взглянул на отца, а затем вновь повернулся к деду. Осознав, что никто не собирается приходить ему на помощь, он вскочил из-за стола и выбежал из чертогов, шумно топая ногами.

Я потянулась за ломтем хлеба. Будь на то моя воля, я бы и сама начала капризно стучать каблуками об пол, как Тарлах. Наш с братом замысел рушился на глазах. Бриан и Мурха должны были отправиться на север, оставив в Киллало опрометчивого Тейга. Когда Малморда оповестит его о предательстве короля Катала, Тейг должен был помчаться на выручку родственникам. Если же с моряками уплывет сам Тейг, то хладнокровный Бриан наверняка предпочтет остаться в дуне с Мурхой и не станет лично возглавлять войско, которое пошлет на север.

На кону стояла не только грядущая битва. Чтобы Малморда добился успеха, наследники Бриана должны были погибнуть. Это прекрасно понимали мы оба. Если же в его ловушку не попадут ни Мурха, ни Тейг, Малморда вполне мог переметнуться на сторону Шехналла.

Когда я вновь повернулась к мужу, он уже вовсю что-то обсуждал с дочерями, которые разве что не смотрели ему в рот. Точь-в-точь как Рагналл, Глуниарн и Харальд когда-то смотрели в рот Амлафу. Отцам не оставляло труда убедить своих детей поступить так, как было нужно им самим. Впрочем, это вовсе не означало, что я никак не могла на них повлиять.

— Пойду провожу наших торговцев, – сказала я, принимая полусонного Доннаху из рук Орлы. Я убаюкивающе прижала младенца к груди, чтобы он не проснулся окончательно. Мне повезло: он едва слышно всхрапнул и прижался ко мне лицом. – Доннахе тоже понравится на свежем воздухе. Ты идешь, Орла?

Девица вскочила на ноги, явно радуясь возможности помахать статным воинам, которые отплывали на кораблях. Мы вместе вышли к берегу реки. Внимание Орлы привлек Подрик, который прощался с Кринок, а я сама зашагала в сторону Ситрика, который помогал манстерским морякам управиться с веслами.

Мой старший сын запрыгнул на корабль и, ухмыляясь, объяснил ирландцам, как удобнее всего вставлять весла в порты. Чем старше он становился, тем больше я узнавала в нем Амлафа. Та же любовь к водным просторам, та же жажда свободы. Я чувствовала, что Ситрик предпочел бы отправиться на север с моряками, чем возвращаться в Дублин с женой.

— А я-то думала, мы проведем вместе больше времени. С тех пор как ты вернулся в Киллало, мы почти не общались, – сказала я.

Ситрик глубоко вздохнул и подошел поближе, наматывая канат на руку.

— Ты же просила меня побольше времени проводить с женой – вот я и проводил.

— И что, сработало?

— Кажется. По крайней мере, она меня больше не ненавидит.

— Молодая жена не должна ненавидеть мужа. Что ты ей сделал?

— Ничего такого, что отец не делал тебе.

Значит, наша разлука не просто не потушила пламя его ненависти, а даже подбросила дров в огонь. Его озлобленность мне порядком наскучила. Тем не менее Ситрик по-прежнему оставался моим сыном, и ему еще предстояло сыграть свою роль. Я подошла к самому краю берега и кивком попросила его наклониться поближе.

— Ситрик, держи под рукой меч и щит. Не забудь наточить топор.

Он перестал раздраженно сутулиться и расправил плечи. Бросив канат на палубу, он спрыгнул на берег и заключил меня в объятия.