Книга Сердце менестреля, страница 70 – Владислав Русанов

— Вы зря пытаетесь меня оскорбить. Я прекрасно осведомлена о вашем отношении к браккарцам. Настороженное, но вполне доброжелательное. Ведь именно вы вели переговоры с посланником Ак-Нартом тер Верроном из Дома Жемчужного Нарвала перед той злополучной дуэлью.

— И научился не доверять островитянам. Я договаривался о дуэли до первой крови, а мальчишка надел кольчугу под рубаху!

— Без ведома отца. Уверяю вас. Я беседовала с праном Ак-Нартом, когда он вернулся в Бракку. Конечно, посланник был сам не свой от горя, но отдавал себе отчет в подробностях постигшего его Дом несчастья.

— Какая разница? Лансу удалось победить чудом. Я стоял рядом, я видел, что его укол – не что иное, как случайность. Но его тут же обвинили в убийстве. Что бы сделал ваш король с убийцей племянника, если бы Лазаль отдал бы его вам?

— Наш король – рассудительный человек. Скорее всего, прана Ланса обезглавили бы. К чему излишние страдания? Он их не заслужил.

— Он не заслужил и смерти от руки браккарского палача! Хотя зачем я вам это рассказываю? Ведь, кажется, вы позвали меня сюда, прана Дар-Вилла, желая привести некие сногсшибательные доводы, способные убедить меня поступиться честью в первый раз за сорок пять лет.

— И приведу. – Она скрестила руки на груди и задрала подбородок.

— Будьте столь любезны, – наигранно вежливо поклонился Коэл. – Сгораю от нетерпения.

— Вы не зря вспомнили о своем друге, Лансе альт Грегоре из Дома Багряной Розы. Не буду вилять, как айа-багаанская фелука, когда идет под галсами. Помните, я упомянула, что прана Гворра нашли с кинжалом в груди?

— Да…

— Этот кинжал принадлежал Лансу альт Грегору.

— Быть того не может! Хотя… – Альт Террил схватился за голову. – Я так и знал! Зачем его понесло туда! Говорил же, увещевал… Нет, ему на все наплевать. Мнение друзей его не интересует. Только собственные желания, только мечты, нарисованные больным воображением… Постойте, прана Дар-Вилла. А откуда вы знаете, что кинжал принадлежит Лансу, если люди альт Раста еще обыскивают улицы и особняки?

— Никто ничего уже не обыскивает. Полдюжины ищеек старательно создают видимость кипучей работы. Просто пран Гвен уверен, если вышестоящие господа узнают, что он раскрывает убийство герцога за четверть стражи, то ничего сложного в его службе нет. Поэтому он постарается сделать так, чтобы все видели, как тяжело приходится сыскарям. А Ланс альт Грегор давно уже в подземелье. Его взяли незадолго до рассвета. Пьяного в дымину, потерявшего кошелек и перчатки, облеванного, с кинжалом прана Гворра на поясе. Причем каким-то образом он умудрился засунуть оружие в ножны своего кинжала, хотя клинок герцога шире и длиннее. Да, кстати, при аресте пран Ланс попытался оказать сопротивление. Вынул шпагу из ножен. Не думаю, что ему это зачтется как смягчающие вину обстоятельства.

— Проклятие! Бедный Ланс. А ведь сколько раз я ему говорил – не пей, не бегай по девочкам…

— Но ведь сердцу не прикажешь, не так ли, пран Коэл? – Браккарка смотрела с улыбкой. – И ваш друг отправился поговорить с праной Реналлой.

— Наверное, да. Точно не знаю. Мы с ним слегка повздорили накануне. Ланс ушел обиженный. Погодите-ка! А герцог, значит…

— Очевидно, красота праны Реналлы и ему запала в сердце. Не могу с уверенностью утверждать, посещал ли он ее раньше или это был первый раз. Но в любом случае ни к чему хорошему встреча Ланса и Гворра не привела.