Книга Маг-хранитель, страница 67 – Владислав Русанов

Лаборатории заработали в феврале 2014-го, когда уже поняли – войны не избежать. С марта по апрель научные коллективы работали достаточно сумбурно. Произошло несколько несчастных случаев, связанных, в основном, с нарушениями правил техники безопасности. Непродуманные эксперименты с полями – гравитационным, электромагнитным, даже с хронополем Земли. Погибли два лаборанта и один перспективный молодой физик. Ещё один подающий надежды учёный находится в коме уже полгода. Но потом вернувшийся из Славянска Тополин взял разработки под жёсткий контроль. Здесь, в лабораториях, ставились сложнейшие задачи, которые с успехом решались. Во многом именно они помогли выстоять ополчению ДНР против украинской армии, которую поддерживали знающие толк в высоких технологиях Соединённые Штаты и Европа. Но на каждую их «умную» ракету или невидимый беспилотник сейчас находился адекватный ответ. А иногда получалось и удивить противника чем-то новеньким.

— Всё, приехали, – как всегда лаконично оповестил Серёга, паркуясь у грязного бетонного забора.

Денис огляделся. Серые ограды перекрывали всё поле зрения. Снизу мокрые, забрызганные из-под колёс, словно скалы, потрёпанные дождём и ветром. Кое-где куски бетона вывалились и торчала ржавая прутья арматура. Чуть левее на сером с потёками фоне виднелась надпись масляной краской – когда-то малиновая, но теперь выцветшая и местами облезлая: «ШПУ-3».

— Что такое «ШПУ-3»? – спросил Денис.

— Шахтопроходческое управление номер три, – ответил Вайс. – Я всё-таки доскажу. Почему мы именно здесь? Да потому, что секретные лаборатории размещены в недостроенных станциях метро. Одна из них планировалась здесь. Есть ещё две. Между ними, благодаря, опять же, изысканиям наших криптоучёных…

— Кого-кого? – удивился Денис.

— Криптоучёных. Это я придумал название, – ее скрывая самодовольства, сказал маг. – Они работают скрытно и тайно, прячутся под землёй, поэтому и «крипто». Сегодня я познакомлю тебя с товарищем Водопольевым. Вот где гений мыслительного виража и нестандартных подходов. Настоящий гений, без преувеличения и без прикрас. Только разгильдяй, – вздохнул Вайс, – ему бы хоть чуток самодисциплины и организованности, цены бы Жоржу Водопольеву не было бы.

Вальдемар махнул рукой, приоткрыл дверь.

— Значит так, пропуск у меня на одного. Поэтому Серёга и Саня остаются в машине. Внимательность по форме один. Готовность вступить в бой по форме один. Никакой болтовни, никаких перекуров. Оружие снять с предохранителей. Патрон дослать в патронник. Всё ясно?

— Так точно! – в один голос ответили сидящие впереди. – Вопросов нет!

— Пойдём, – скомандовал маг, выбираясь на серую и грязную улицу.

Да, это район разительно отличался не только от вычищенного и даже вылизанного центра города, но и от окраины, где жил Денис. Промышленное захолустье, если можно так выразиться. В Донецке оставалось ещё много таких мест. Много лет назад, при советской власти, здесь размещались ремонтные мастерские, склады, оптовые базы запасных частей, гаражи строительных и дорожных предприятий… И ещё многое другое. С приходом на землю Донбасса дикого капитализма что-то было приватизировано и распродано за бесценок, что-то просто позабыто-позаброшено. Кое-где, конечно, находились собственники, пытавшиеся возродить и восстановить производство, но редко их порыва хватало надолго. Так и стояли подворья с ржавыми остовами тракторов и экскаваторов, Строительные материалы без должного присмотра превращались в кучи строительного мусора. Ветшали здания, теряли остекление и крыши. Валились некогда крепкие ограды. Всё приходило в запустение.