Книга Маг-хранитель, страница 100 – Владислав Русанов

— Что ты болтаешь! Ничего такого не было!

— А вот врать ты так и не научился, Яша! Зачем глазки отвёл? Думаете, мальчишка – ходячий амулет? Думаете, он вам власть над уицраором даст? А зачем вам эта власть? Разве вы сможете употребить её на что-то стоящее?

— Уходи… – почти простонал Носик. – Не доводи до греха…

— Ты меня пугаешь?

Гость рывком выпрямился. Расправил плечи, словно увеличиваясь в росте. Света в небольшой комнате вдруг стало мало. Не самая яркая лампочка не могла совладать с тьмой, рванувшейся из углов и соткавшейся у Радомира за спиной наподобие трепещущего на ветру чёрного плаща. Яков Наумович вдруг увидел – удивившись, почему же раньше не замечал? – в груди гостя два чёрных пульсирующих сгустка магической энергии. Это была какая-то предвечная тьма. Та самая, что существовала до того, как Бог-Отец создал Свет. Она вбирала в себя последние крохотные фотоны, испускаемые раскалённой спиралью лампы накаливания.

«Как же я раньше не замечал?» – проскользнула недоумённая мысль в теряющем волю от ужаса мозгу Якова Наумовича.

Он и сам легко нашёл бы ответ, обладай хотя бы малой толикой времени для осознания и размышленья. Да, Радомир давно перешёл на сторону Тьмы. Этим и объяснялось его непонятное, иногда пугающе странное поведение на заседаниях Совета магов-хранителей, а по прошествии времени и отсутствие на них тоже могло дать кое-какие намёки на изменение в миропонимании мага первой категории. Коллеги же его, в том числе и сам Носик, и Вайс, и Октябрина Борисовна, и многие другие предпочитали не замечать изменений, объясняли их то скверным характером, то усталостью Радомира, а то начинали искать ошибки в своих поступках – чем они могли обидеть и оттолкнуть от себя сильного мага, до недавней поры игравшего очень важную роль во всех сферах деятельности магов-хранителей Донецка. А не замечали, как два его сердца – Огонь и Воздух – чернели по мере того, как Радомир утверждался в своём единении с Тьмой, по одной простой причине. Сильный маг может «закрываться», делать невидимым свою тонкую оболочку. Ну, или придавать ей такой вид, какой ему выгоден в глазах окружающих. Этот способ прекрасно работает против всех, кто магическим мастерством уступает желающему его использовать, а также против равных и даже, в некоторых случаях, против тех, кто сильнее, но не в разы, а немного сильнее. Понятно, что против мага с тремя сердцами подобные уловки не сработают, хотя и перевелись они давно в Энрофе… Но маг второй категории с успехом «закроется» от стоящего на третьей ступени, а обладатель первой категории легко, словно сдувает пылинку с рукава, поставит глухой барьер между своей аурой и магическим зрением всех, кто стоит ниже его.

Тот, кто видел в увальне Якове Носике труса, совершал обычно большую ошибку. Иногда последнюю в своей жизни. Он не боялся врага и всегда встречал опасность лицом к лицу, будь то вампир, каррох или солдат ВСУ, прижавший пулемётным огнём остатки роты ополченцев под Саур-Могилой, когда маг-хранитель привёз им воду и тушёнку.

В доли мгновения его кулаки обросли коркой голубоватого льда и украсились шестью длинными и острыми когтями. Как у супергероя Росомахи. По три на каждой руке. С помощью этого оружия он как-то успешно отбился от стаи оборотней в дюжину голов. Сталь их не брала, но магический лёд – запросто.