Книга Эскалация, страница 141 – Алексис Опсокополос

— Я и есть член семьи, я старший сын Николая Константиновича и Ольги Николаевны, и я хочу проехать к своему дому.

Мои слова озадачили охранника, он даже пригнулся, чтобы меня внимательно рассмотреть, после чего сказал:

— Мне не поступало никаких указаний насчёт Вас. Если князь или княгиня распорядятся, я немедленно Вас пропущу, а пока прошу меня простить, но проезд закрыт.

— Свяжитесь с княгиней и скажите ей, что приехал её сын Роман.

— Не имею на это полномочий. Вам самим следует с ней созвониться.

Стало понятно, что от этого парня я ничего не добьюсь. Он выполнял приказ — глупо было от него что-то требовать. Разве что можно было попросить доложить обо мне его начальству. Это я и сделал. После пяти минут уговоров эльф всё-таки связался по рации со своим руководством и рассказал обо мне. Ещё через пять минут у охранника зазвонил телефон. Звонила мать, она попросила дать мне трубку. Говорить со мной она ни о чём не стала, лишь удостоверилась, что это действительно я. После этого нас пропустили.

Родной дом встретил меня не очень дружелюбно. Мама была ко мне холодна и всем своим видом показывала, что не рада моему приезду — видимо, так и не простила мне поведение во время моего прошлого визита. Но я в этот раз был к такому приёму готов, поэтому сильно не расстроился, хотя, конечно, было неприятно. А вот что меня действительно расстроило — это то, что Андрей и Маша, те, кто по-настоящему были бы рады меня видеть, находились в школе.

— Чему обязаны? — спросила меня мама после сухого приветствия.

— Мне нужно встретиться с папой, — ответил я.

— Он здесь почти не живёт.

— Я знаю. Но я мог добраться только сюда. Пожалуйста, помоги мне!

— Что конкретно ты от меня хочешь?

— Поговори с папой, попроси его встретиться со мной. Это очень важно!

— Для кого?

— Для всех!

— Я не думаю, что он будет с тобой встречаться и разговаривать.

— Это важно!

Я приготовился уговаривать маму, но неожиданно она достала телефон и, к моей радости, набрала номер отца. Впрочем, обрадовался я рано — гудки шли, а трубку никто не брал. Мама предложила пройти в гостиную, где продолжила вызванивать отца. Надо отдать ей должное — делала она это настойчиво, набирала номер примерно раз в десять минут и на четвёртый раз отец принял звонок.

— Николай! — сказала мама в трубку. — Приехал твой сын из Новгорода. Хочет с тобой встретиться.

Мама замолчала, видимо, слушала ответ, затем снова сказала в микрофон:

— Я знаю, я пыталась ему это объяснить, но он попросил позвонить тебе.

— Дай мне, пожалуйста, трубку! — чуть ли не закричал я, понимая, что ситуация складывается крайне неблагоприятно.

Но мама проигнорировала мою просьбу, она сбросила звонок, убрала телефон и сказала:

— Отец не будет с тобой встречаться.

— Я ведь просил хотя бы дать мне трубку! — сказал я с нескрываемой обидой.

— Он не будет с тобой разговаривать даже по телефону, так и передай своим покровителям, — мама произнесла эту фразу с ярко выраженной неприязнью, особенно слово «покровители».

— При чём здесь они?

— Хочешь сказать, это не они тебя прислали?

— Я сам приехал, — соврал я.

Трудно сказать, почему я это сделал, возможно, меня разозлил тон мамы — слишком самоуверенный. Мне захотелось сказать её что-то наперекор. Но это, конечно, было глупо — и мама, и отец прекрасно понимали, что приехал я не по своей инициативе.