Книга Эскалация, страница 139 – Алексис Опсокополос

— Но ты не переживай, никто тебя на такое не программировал.

— Очень хочется в это верить, — мрачно произнёс я.

— Сам посуди, программировать тебя на убийство отца, а потом отправлять к Аполлону Ерофеевичу тренировать навык сопротивляемости к ментальным заклятиям? Ты видишь в этом логику?

Логики я не видел — я думал о том, как полчаса, а то и больше, лежал в отключке перед сильнейшим менталистом. Тогда я не придал этому особого значения, а вот теперь мне во всей красе открылись возможные последствия моего получасового нахождения без сознания с полным доступом Аполлона Ерофеевича к моему разуму. И я вспомнил, как он дотронулся до моего лба после того, как я пришёл в себя. Теперь я не был уверен, что он тогда проверял состояние моей защиты.

Я теперь вообще ни в чём не был уверен. И как-то сразу расхотелось ехать в Петербург. И ещё мне было непонятно, зачем Милютин меня пугает, и я прямо его об этом спросил:

— А зачем Вы мне это всё рассказали, если меня никто не программировал?

— Чтобы ты не удивлялся, если твой отец категорически откажется с тобой встречаться, — пояснил генерал и добавил: — Но я надеюсь, что всё пройдёт хорошо, в любом случае другого плана у нас нет. Сейчас отдыхай три дня, а перед отъездом ещё раз встретимся.

— Мне не нужен отдых, я не устал в Москве и могу хоть завтра отправляться, — сказал я и ещё раз поймал себя на мысли, что мне ужасно не хочется никуда ехать.

— Нам необходимо подготовиться — обеспечить тебе в Петербурге поддержку и, в случае чего, прикрытие. И на всякий случай не говори своему дяде об этой поездке. Нам лишние проблемы не нужны.

— Вы думаете, он может их создать?

— Он уже полтора года только этим и занимается.

— Но ведь он обеспечивает снабжение Российской Федерации необходимыми товарами, поступающими через порт Петербурга, и помогает реализовать в Петербурге товары со всей России.

— Всё, что он обеспечивает — это себе безбедную старость, — возразил Милютин. — Твой дядя — очень хитрый эльф. В прошлом году в Петербурге был дефицит пшеницы, цены на хлеб влетели в пять раз. Правительство решило безвозмездно без каких-либо условий поставить зерно в Петербург из стратегических запасов, чтобы перекрыть этот дефицит, но твой дядя не дал это осуществить. Я не знаю, как Волошин этого добился, но твой отец отказался от помощи. Кризис затянулся почти на полгода, и всё это время зерно в Петербург поставлял твой дядя. Даже не смею предположить по какой цене. Не говори ему, что ты едешь встречаться с отцом.

Я пообещал ничего не рассказывать дяде Володе, поблагодарил Милютина за заботу, и на этом наша беседа закончилась. Водитель Ивана Ивановича отвёз меня в Кутузовку, где я и провёл безвылазно три следующие дня. На занятия я не ходил, к экзаменам тоже не готовился — я давно уже понял: если решу переводиться в академию КФБ, меня туда примут с любыми оценками и на тот курс, на какой скажет граф Валуев.

Все три дня я занимался в спортзале, медитировал и ходил к Источнику. По распоряжению Анны Алексеевны мне предоставили к нему доступ в любое время суток. Не знаю, Источник ли повлиял на меня или просто отдых, но к концу третьего дня я чувствовал себя готовым свернуть горы на пути к своей цели. И ещё мне ужасно хотелось проверить, какое влияние окажет на меня родовой Источник. Я решил во время визита домой попросить у родителей разрешение на его посещение.