Книга Вызов, страница 5 – Алексис Опсокополос

Родион одарил нас всех ненавидящим взглядом и ушёл.

— И чтобы ты знал! — крикнул ему вслед Мила. — Я люблю чебуреки!

— Вы с ним аккуратнее, — сказал нам куратор, когда племянник губернатора отошёл далеко.

— Простите, — сказала Мила. — Не сдержалась. Но я не понимаю, вот откуда такие берутся?

— Откуда и все — из древних аристократических родов, — вздохнув, ответил куратор. — Их дома балуют, а нам здесь потом расхлёбывай.

Пока мы разговаривали, прозвенел звонок, и куратор велел всей группе идти в аудиторию. Когда мы расселись по местам, Коржов лишний раз напомнил всем о недопустимости драк между участниками академии и рассказал о том, какие наказания за это бывают. Покончив с темой нарушений дисциплины, мы перешли к знакомству с новенькими.

Группа увеличилась значительно. Помимо тех, кто прибыл в академию на подготовительном курсе, то есть, таких, как мы с Милой, жертв выбраковки, учиться в академию пришли окончившие школы и гимназии одарённые люди и орки из нормальных, не испорченных предрассудками, семей.

Из всех новеньких, разумеется, не считая Родиона, моё внимание больше всего привлекла Дарья Корецкая — несостоявшаяся новая невеста Левашова. Она была довольно миленькой, я бы даже сказал, красивой. Было бы жаль, если бы ей пришлось связать свою жизнь с этим сумасшедшим маньяком.

После знакомства Андрей Николаевич рассказал нам о планах, предстоящем учебном процессе, а новеньким немного об академии, и пара закончилась. Мы отправились на историю магии, попрощавшись с куратором до практики, которая стояла в расписании двумя последними парами.

История магии и следующая за ней артефакторика пролетели быстро, мы ушли на большую перемену, перекусили в столовой и отправились на практические занятия на одну из малых арен. Там мы быстро переоделись и принялись ждать преподавателя.

Как обычно, на практике, помимо Коржова, присутствовал Игнатьев. Ярослав Васильевич рассказал новеньким, как будут проходить практические занятия и предложил провести пару показательных поединков. Андрей Николаевич неожиданно предложил начать с новичков.

— Я сегодня хочу вас научить одному из важнейших правил! — заявил куратор группе. — Но для начала давайте проведём первый спарринг. Кто из новеньких хочет выйти на арену? Поднимите руки!

Несколько новичков, в том числе и Родион, подняли руки.

— Отлично! — сказал куратор. — Я рад, что так много желающих. Троекуров, выходи на арену!

Племянник губернатора вышел на арену и демонстративно похрустел пальцами, которые ему быстро и качественно восстановили лекари академии.

— Родион, выбери себе партнёра для спарринга, — сказал Коржов. — Ты можешь выбирать не только из новичков.

— Он! — заявил Троекуров и указал пальцем на меня.

Кто бы сомневался в таком выборе. Парнишка был глуп и продолжал это доказывать. И похоже, Андрей Николаевич, обидевшись на нелепую угрозу увольнения, решил преподать избалованному дворянскому сынку хороший урок. Надо было не разочаровать куратора и подыграть.

— Андреев! — сказал Андрей Николаевич. — Выйди на арену!

Я быстро выполнил указание и через несколько секунд уже стоял на арене. Штатный лекарь, всегда присутствующий на практических занятиях, приготовился работать. Коржов расставил нас с Троекуровым на арене и дал отмашку начала поединка.