Книга Вызов, страница 9 – Алексис Опсокополос

— Хорошо, я спрошу у Андрея Николаевича, что у вас там за поединок был. И не было ли ещё чего.

— Ну было ещё кое-что. Перед первой парой он хотел Милу за грудь ухватить. Она ему пальцы сломала.

— Ох уж эта Мила твоя, — вздохнула Милютина. — Ладно, иди, я примерно уже поняла, что произошло.

— А что теперь будет? — спросил я, оставшись на месте.

Ректор посмотрела на меня с удивлением.

— Ну Вы же сказали, что Троекуров звонил, — пояснил я. — Он ведь не просто так звонил.

— Не просто, — ответила Милютина. — Интересовался, кто ты такой. Просил выслать твоё личное дело. Как член попечительского совета академии он имеет на это право. Но, как я уже сказала, меня немного утомили твои приключения. Да и ответственность за тебя я официально больше не несу. И дело твоё засекречено. О чём я Троекурову и сообщила. И отправила его к Ивану Ивановичу, так как теперь за тебя отвечает он, точнее, его организация. Вот пусть у Ивана Ивановича и интересуются.

— А про Милу он не спрашивал?

— Нет. И если у тебя больше нет вопросов, то иди уже. У меня очень много дел в первый день учёбы.

— Один вопрос есть, Анна Алексеевна! Разрешите!

— Хорошо, но быстро.

— Вы сегодня сказали на собрании, что выяснили, кто меня записал на турнир и чуть не убил.

— Записала одна из практиканток. Это дело нехитрое. Она уже уволена и проходит по следствию. А вот кто чуть не убил, мы так и не узнали. Знаем, лишь, что это был сильный менталист, который сидел на трибуне, и он специально ради этого пришёл. Но больше такого не случится. Мы в несколько раз подняли уровень безопасности в академии.

— Но как практикантка жеребьёвку нужную организовала? — удивился я. — Если Пётр невиновен, то как это было возможно сделать?

— Как выяснилось — несложно. Пётр не одарённый. На него повлиять сильному менталисту — проще простого. Когда готовились к жеребьёвке, практикантка проследила, чтобы бумажки, на которых были твоя фамилия и Левашова, не попали в барабан. Их просто туда не положили. А потом во время жеребьёвки менталист в определённый момент внушил Петру, что он видит бумажки именно с вашими фамилиями. Вот он их и произнёс. А когда все бумажки закончились, два участника остались неназванными. Решили, что бумажки с их именами потерялись, и они составили последнюю пару. Вот так всё просто. А теперь иди.

— Спасибо, что рассказали. Я очень рад, что Пётр оказался невиновен.

— Я тоже, — ответила Милютина и вернулась к работе — её пальцы снова застучали по клавиатуре ноутбука, а я тихо и осторожно покинул кабинет.

Раз уж Глеб решил уступить нам с Милой комнату на вечер, мы отправились в ресторан пораньше, чтобы соответственно пораньше вернуться в общежитие. В «Тройку» попасть мы не смогли. Туда действительно нужно было записываться заранее — очень уж популярным оказалось место. Конечно, особо уважаемые члены общества могли прийти и без записи, или предупредив звонком за час, чтобы подготовили столик, но таким, как мы с Милой, записываться надо было примерно за неделю.

Конечно, если бы у меня была задача пустить своей девушке пыль в глаза, я мог попросить о помощи дядю Володю, а на крайний случай обратиться к Фёдору Сергеевичу, уж Зотову точно бы не отказали. Но это было бы очень глупо — дёргать таких людей по такой ерунде. Да и отношения у нас с Милой были уже не те, чтобы пользоваться такими дешёвыми приёмами для их укрепления.