Книга Последняя надежда драконьего императора, страница 82 – Виктория Чара

Один из бородатых гномов без лишних возражений подошел к растерянной Марте. Он достал небольшую серебряную иглу, аккуратно проколол ей палец и приложил выступившую каплю крови к огромной, толстой и очень старой книге в кожаном тисненом переплете, лежавшей на столе.

И вдруг древний фолиант словно ожил. Страницы сами собой с шелестом пришли в движение, книга раскрылась ровно посередине, и на пожелтевшем пергаменте красивым, светящимся золотом почерком проявились четкие строки:

«Марта, дочь Торинга, из древнего рода Штернхельмов».

По кабинету прокатился потрясенный ропот старейшин.

— Что ж, полагаю, теперь у нас есть все основания, чтобы восстановить справедливость, — твердо и громко произнес Рэйвен, глядя прямо на притихших лордов. — Ваш род отныне официально вновь признан существующим. У ваших предков несправедливо отняли имя, статус и родовые земли — это была чудовищная ошибка — и я её исправлю.

Он размашисто подписал уже заготовленный указ, скрепляя его тяжелой сургучной печатью.

А у меня по спине побежали мурашки. Я смотрела на этого дракона и впервые видела не самодура, каким привыкла его считать, а настоящего правителя, способного признать ошибки и брать на себя ответственность. Я даже начала немножко гордиться собой. Все-таки в случившемся была и моя заслуга.

Марта стояла растерянная, по ее щекам катились слезы. Но она не стала падать в ноги или рассыпаться в благодарностях. Так она и стояла — бледная, суровая и только её руки мелко дрожали, прижимая к груди подписанный пергамент.

Кольцо на моем пальце в следующую секунду начало мерцать, а ступни. Ох, их снова обожгло огнем, дорога снова позвала меня, поманила неизвестно куда, да так призывно, что я, оставив Марту и почтенных гномов, искренне поздравлявших ее, вышла из кабинета императора.

Рэйвен де Стальд Первый, Дракон

В кабинете стоял деловой гул: архивариус сосредоточенно перебирал старые свитки, гномьи старейшины и казначеи приглушённо перешёптывались, сверяя формулировки в документах для Марты, а сама Марта стояла посреди этой суеты, бледная и неподвижная, будто всё ещё не верила в свалившееся на неё счастье.

А Ася… С моей ведьмой явно что-то происходило. Ни радости за Марту, ни торжества победительницы на её лице не было и в помине. Она словно провалилась в себя и переживала какую-то внутреннюю перенастройку. Удивительно, но вместо того чтобы требовать благодарностей от восстановленного клана, она по-прежнему думала о деле.

Поверх голов суетящихся гномов и моих служащих, присутствовавших при историческом событии и сейчас придававших ему официальный статус, я смотрел на Асю. И с ней что-то было не так.

В какой‑то момент девчонка просто… выключилась из реальности. Её взгляд потерял всякую фокусировку, глаза превратились в два застывших озера, а плечи распрямились, как по команде «смирно».

И ещё не успели высохнуть чернила на указе, возвращающем клану Штернхельмов их законное имя и права, как она, не произнося ни слова, развернулась и направилась к выходу из кабинета.

Она шагала быстро и уверенно, словно куда-то торопилась, будто у неё под ногами горела земля. Кажется, Магия Пути проснулась и снова потащила свою хозяйку навстречу приключениям.

Оставлять её одну в такой момент было просто безответственно. Коротко велев закончить оформление бумаг без лишних проволочек, я быстрым шагом вышел за ней следом.