Книга Осколки наших разбитых сердец, страница 104 – Daria Tetslova

Дым обжигает горло, и я на секунду прикрываю глаза.

В голове набатом стучат последние слова Лу про «пожар» и «искры». Она права. Я ведь и сам это чувствовал там, в зале ресторана, когда воздух между мной и Олесей буквально плавился.

Столько лет прошло, а меня до сих пор накрывает от одного её взгляда.

Может, еще не всё потеряно. Я буду в это верить. Буду выгрызать её прощение, чего бы мне это ни стоило. Я хочу быть рядом с ней. Хочу видеть, как растет наша дочь.

Но прежде мне нужно разобраться с одной ушлой особой, которая когда-то так виртуозно влезла между мной и Лесей.

Федя достал мне адрес. Сразу после дежурства я наведаюсь к этой «старой знакомой». Хочу посмотреть ей в глаза и выяснить, какого хрена произошло шесть лет назад.

Она ответит за каждый день, который я провел вдали от своей женщины и своего ребенка.

В отделении сегодня на удивление тихо. Пациентов на операцию немного, тяжелых — ни одного. Принял смену, разгреб завалы бумажной волокиты и со спокойной, если это вообще возможно, совестью позволил себе кофе.

Но стоило шагнуть в ординаторскую, как призрачное спокойствие разлетелось вдребезги.

Олеся сидела за столом, расслабленно откинувшись на спинку стула.

Она пила чай с Владом и о чем-то оживленно спорила.

Её глаза, которые я привык видеть холодными, искрились теплом и светом.

На секунду я замер в дверях, не в силах шевельнуться, просто любуясь этой живой, настоящей Лесей.

Той, которую я когда-то знал и любил больше жизни.

Но магия испарилась в то мгновение, когда она меня заметила. Леся мгновенно подобралась, плечи напряглись, а взгляд взбодрил сильнее любого кофе.

— Я, пожалуй, пойду, — бросила она, даже не глядя в мою сторону.

Олеся поспешно поставила чашку, не допив, и вылетела из комнаты, едва не задев меня плечом.

Влад проводил её долгим взглядом, тяжело вздохнул и отставил свою кружку. Лицо его стало серьезным, в глазах читалась усталость.

— Садись, — он кивнул на пустой стул напротив. — Поговорим.

Я прошел через комнату и уселся, выжидающе глядя на друга.

— Знаешь, за то, что я тебе сейчас расскажу, я рискую навсегда стать врагом для Леси и больше не увидеть крестницу, — Влад попытался усмехнуться, но вышло невесело. — Но если я промолчу, вы так и будете бегать друг от друга до самого совершеннолетия Влады.

— Я тебя слушаю. Говори как есть.

— В тот день, когда Леся узнала про твой спор с Никитой, у неё умерла бабушка. Она сразу уехала на похороны, а когда вернулась — поняла, что беременна. Она написала тебе об этом. А получила в ответ сообщение, где ты предложил деньги на аборт.

Влад замолчал, внимательно наблюдая за моей реакцией.

— Дальше была тяжелая беременность. Она дважды лежала на сохранении, параллельно пыталась учиться и где-то подрабатывать. Тащила всё на своих плечах в одиночку и помощи не просила.

С каждым его словом внутри всё переворачивалось.

Накрывало осознанием того, каким подонком я выглядел в её глазах все эти годы.

Пока я считал себя преданным, молодая девчонка в одиночку вывозила то, что должен был делать мужчина. Я, черт возьми! Но всё легло на её хрупкие плечи.

— Я рассказываю это не для того, чтобы вызвать жалость, — покачал головой. — А для того, чтобы ты не давил на неё. Сейчас она боится за психику дочери, понимаешь? Уважай её решение отложить вашу встречу с Владой. Особенно после того, как ты устроил драку прямо на глазах у ребенка. Девочка напугана, а для Леси спокойствие дочери в приоритете.