Книга Малинка для Мажора, страница 45 – Daria Tetslova

У Алёнки с детства пропеллер в одном месте — гиперактивность и постоянные неприятности. Никакие секции не помогали: куда только не ходила.

— Она ещё волосы хочет покрасить, — добавила мама с усталостью в голосе. — Малинка, может ты поговоришь с сестрой? Нас с отцом она не слушает: приходит и сразу уходит в свою комнату, еду туда же таскает.

Вряд ли сестра меня послушает, но попытаться стоит — мама просит.

— Я постараюсь на днях связаться с ней или перехвачу у школы, — пообещала я.

— Спасибо тебе, доченька. А то мне уже кажется, что скоро из полиции позвонят за дочерью… — вздохнула мама тяжело.

Я опустила глаза на Честера. Надеюсь, родители не узнают о том, что старшая дочь там уже побывала.

— Оль, ну ты чего такое говоришь? — вмешался папа. — До такого точно не дойдет. Ещё чего не хватало: чтобы мою дочь забрали в ментовку.

Прикрывшись чашкой чая, я отвернулась к окну. Так стыдно… И вот что я могу сказать сестре? У самой-то рыльце в пушку.

— Ты взяла тёплые вещи? — спросил папа.

— Да, я уже всё собрала, — кивнула я в сторону упакованной сумки. — Ты отвезёшь меня?

Папа кивнул и допил чай. Мама тут же бросилась собирать всю еду, а папа тепло улыбнулся, глядя на неё.

— Ой, я хотела спросить, — воскликнула я. — Мам, ты можешь скинуть мне рецепт малинового пирога? — задала я вопрос, на который родители ответили удивлёнными взглядами.

— Конечно, могу, — кивнула мама и уточнила: — Ты ведь собираешься кого-то угостить? Мальчика?

Ох, мама, ты всё знаешь.

— Хочу извиниться перед одним человеком, — честно ответила я, проигнорировав вопрос про мальчика. — Я незаслуженно обидела его.

Ну, насчёт обиды, возможно, я преувеличила. Вряд ли он всерьёз обиделся на мои слова, но не извиниться я не могу, ведь он мне помог. Хотя прошло чуть больше месяца, возможности его поймать не было, да и времени не хватало. Он же старшекурсник, и у него, кажется, сейчас практика, так что его почти не видно в университете.

Отец подхватил мою сумку с вещами, мама аккуратно передала мне пакет с продуктами, и мы обнялись на прощание, чувствуя, как тяжесть расставания ложится на сердце.

— Может, бросишь это кафе? — уже в машине, не теряя надежды, спросил папа. — Давай я тебя возьму к себе санитаркой. Там бы ты могла учиться и работать рядом.

Ну вот и как ему объяснить, что я не хочу работать под крылом папы. Даже санитаркой. Я хочу добиться всего сама — от начала и до конца. Папа не знает, но я и в акушерство-гинекологию не пойду только из-за него. Ведь как бы далеко от его клиники я ни устроилась, все будут говорить, что место я получила благодаря своей фамилии, что отец пропихивает свою дочь.

— Нет, пап, мне нравится это кафе, — настаиваю на своём. — Мне важно доказать себе и окружающим, что я могу добиться успеха благодаря своим усилиям. Пожалуйста, пойми меня и поддержи в этом выборе.

— Знаю я, самостоятельная ты наша, горжусь тобой, — сказал папа, бросив взгляд в мою сторону и тепло улыбнулся. Я ответила ему улыбкой, чувствуя его поддержку и тепло.

Папа как обычно проводил меня до самой квартиры. Олеся, увидев меня с папой, вежливо предложила чай попить, но папа отказался, спросив, не нужно ли ему помочь нам с чем-то в квартире.

— Нет, пап, полный порядок, — кивнула ему в ответ. Провожая его до двери, я почувствовала его крепкое объятие и поцелуй в макушку. Он мягко погладил меня по голове и уехал.