Книга Без страха и упрёка, страница 127 – Андрей Земляной

Сначала говорили о празднике. О том, как Валя собирала по соседям стулья, как Сарик спорил с пожилым актёром о правильном способе жарить мясо и как Александров после одной песни успел забыть и о гостях, и об имениннице.

О нападении Люся не спрашивала. Алексей тоже к нему не возвращался.

Через некоторое время она заметила кровь на его костяшках.

— Дай руку, — потребовала Люся.

— Там ничего серьёзного.

— Катя, наверное, слышит от тебя это каждый день.

Люся принесла воду, вату и йод. Ссадины оказались неглубокими, но она обрабатывала их сосредоточенно, словно это помогало ей окончательно прийти в себя.

Закончив, Люся не отпустила его руку.

— Не уходи сегодня, — попросила она.

— Не уйду, — ответил Алексей.

Она придвинулась ближе и положила голову ему на плечо. Некоторое время они сидели молча, слушая редкие машины за окнами и шаги соседей над головой.

Потом Люся подняла лицо.

— Лёша…

Он провёл ладонью по её волосам и поцеловал.

Утром за плотными шторами уже серел день.

Люся спала рядом, повернувшись к Алексею и подтянув одеяло к подбородку. Без грима она выглядела совсем молодой. Штурмин лежал неподвижно, прислушиваясь к незнакомой квартире, пока девушка не открыла глаза.

— Ты всегда просыпаешься так, будто сейчас прозвучит тревога? — спросила Люся.

— Сначала вспоминаю, где нахожусь.

— Вспомнил?

— Да.

— Тогда перестань смотреть на шкаф. Оружия там нет.

— Я проверил ещё ночью.

Люся рассмеялась, выбралась из постели и накинула халат.

— Теперь мне спокойно. Квартира осмотрена специалистом.

На завтрак был крепкий чай, хлеб и остатки варенья.

— Я вчера так и не поняла, откуда ты знаешь эту песню, — сказала Люся. — Только не повторяй историю про знакомого, который иногда напевал.

— Другого ответа у меня нет.

— Потому что не хочешь говорить?

— Потому что правду объяснить не смогу, а врать тебе не хочу.

Она посмотрела на него внимательнее.

— Ладно. Тогда спрошу иначе. У тебя есть ещё такие песни?

— Есть несколько.

— И ты собирался молчать?

— До вчерашнего вечера никто не спрашивал.

— Григорий Васильевич теперь спросит за всех, — предупредила Люся. — Он от тебя не отстанет.

— Уже понял.

Поскольку впереди оставался ещё один свободный день, торопиться им было некуда. После завтрака они вышли из дома и долго бродили по Москве.

Днём город снова стал шумным. Звенели трамваи, у магазинов тянулись очереди, по улицам проходили военные грузовики. Люсю несколько раз узнавали прохожие. Она отвечала на приветствия и продолжала разговор с того места, на котором её прервали.

О ночном нападении они не говорили. Только возле знакомого переулка Люся крепче взяла Алексея под руку и не отпустила до следующего перекрёстка.

К обеду они дошли до «Праги».

Свободного столика пришлось немного подождать. Когда их посадили у стены, Люся заказала суп и котлеты, Алексей выбрал то же самое.

Официант успел принести чай, когда у входа появился Александров. Рядом с ним шла стройная светловолосая женщина, которую сразу узнали почти все посетители.

Режиссёр заметил Люсю и направился к их столу.

— Люба, познакомься, — сказал Александров. — Алексей Штурмин, о котором я рассказывал. Алексей Иванович, Любовь Петровна Орлова.

Штурмин поднялся.

— Очень приятно, товарищ Орлова.

— После рассказов Гриши я ожидала увидеть как минимум целый оркестр, — ответила Орлова. — А вижу одного лейтенанта, который спокойно пьёт чай.