Книга Без страха и упрёка, страница 10 – Андрей Земляной

Штрафная рота располагалась в широкой балке за редкой посадкой. Никаких ворот или отдельного ограждения не было. Десяток землянок, щели для укрытия, кухня, медицинский блиндаж, штабная землянка и два пулемётных гнезда на въезде. Между ними двигались бойцы, таскали ящики, чистили оружие и укрепляли перекрытия.

От обычной пехотной части рота отличалась не устройством лагеря, а людьми.

У многих знаки различия, одежда была собрана из разных комплектов, а лица сохраняли настороженное выражение даже тогда, когда человек просто сидел возле кухни с котелком. Здесь почти никто не смотрел по сторонам без причины и не поворачивался спиной к незнакомым.

Прибывших построили возле штабной землянки.

Худой лейтенант сверил списки, передал бумаги писарю и по одному направил людей к фельдшеру. Штурмину измерили температуру, осмотрели голову, проверили реакцию зрачков и заставили пройти несколько шагов по прямой.

— Контузия была? — спросил фельдшер, придерживая его за подбородок.

— Так точно, товарищ военврач, — ответил Алексей.

— Тошнило?

— Не помню.

— Голова болит?

— Иногда.

Фельдшер посветил ему в глаза и недовольно покачал головой.

— Неделю бы тебе полежать, — произнёс он. — Только неделю никто не даст. Если начнёт рвать, поплывёт зрение или перестанешь слышать одним ухом, сразу ко мне. Не после боя, а сразу. Понял?

— Понял, товарищ военврач, — ответил Штурмин.

После осмотра ему выдали винтовку, подсумки и тридцать патронов. Винтовка оказалась старой, но ухоженной. Затвор двигался без заеданий, канал ствола был чистым, а штык держался плотно.

В штабную землянку Штурмин вошёл уже с оружием.

Командир роты капитан Руденко сидел за столом, на котором лежала карта местности. Углы карты были прижаты гильзами, возле локтя стояла кружка с давно остывшим чаем. В углу работал писарь.

Руденко просмотрел бумаги, поднял глаза и несколько секунд молча рассматривал новенького.

— Рядовой Штурмин? — уточнил капитан.

— Так точно, товарищ капитан, — ответил Алексей.

— Командира роты ударили?

— Ударил, товарищ капитан.

— Приказ выполнять отказались?

— Отказался.

— Оружие у командира забрали?

— Разрядил и положил рядом.

Руденко перелистнул страницу.

— В показаниях написано, что после этого вы приказали остаткам роты лечь.

— Так точно.

— Кто дал вам право командовать?

— Здравый смысл.

Руденко постучал пальцем по бумаге.

— Почему решили, что понимаете обстановку лучше капитана?

— Потому что он трижды провёл людей по одному и тому же месту под пулемётами, положив три четверти состава и собирался повторить это убив остальных, — ответил Штурмин.

Писарь в углу перестал писать, но головы не поднял.

— До контузии вы тактикой интересовались? — спросил Руденко.

— Не помню, товарищ капитан.

— Удобный ответ.

— Другого не будет.

Руденко откинулся на спинку стула.

— Особист просил за вами присмотреть. Не потому, что считает немецким разведчиком. После допросов они решили, что вы либо сильно изменились после контузии, либо хорошо скрывали, что у вас в голове.

— Ясно, товарищ капитан.

— Мне не ясно, — возразил Руденко. — Но разбираться некогда. Второй взвод, третье отделение. Командир отделения сержант Корнеев. Будете выполнять его приказы и не пытаться исправлять начальство кулаками.

— Есть, товарищ капитан, — ответил Алексей.