Книга Чумной Лис, страница 3 – Ольга Михайлова

Цао, ведающий церемониями и монастырями, и сам походил на монаха. Вытянутое лицо с тонкими чертами и острым носом, даже пугало. Губы были всегда плотно сжаты, как будто он постоянно произносил безмолвные молитвы. Он предпочитал простую одежду, безупречно чистую и аккуратную.

Сейчас он молча кивнул, подтверждая сказанное генералом.

Шэнь, дородный, с безмятежным лицом, был красив. Его черные, как смоль, волосы, гладко зачёсанные назад, открывали высокий лоб мыслителя. Глаза были наполнены той мудростью, которая приходит с долгим изучением древних текстов.

Сейчас он медленно заговорил.

— Странно всё. Очень странно. Ни в каких летописях я о таком не читал. Гадание императора всегда было благоприятным. При Вэне выпадали самые лучшие знаки…

— Причем тут Вэнь? — не на шутку разозлился генерал Чжао.

Вэнь… Еще несколько лет назад это имя было его кошмаром. Умнейший и обаятельный главный жрец Вэнь покорил старого императора образованностью и дарованиями. Старые роды на глазах теряли влияние, и потому Чжао состряпал донос на удачливого фаворита, обвинив его в измене и подготовке государственного переворота. Зачинщиком доноса был именно Чжао, остальные выступили безмолвными свидетелями обвинения. От выскочки удалось избавиться, но вспоминать об этом никто из них не любил.

— При Вэне, — настаивал Шэнь, — выпадали самые благоприятные кости, всегда сулившие процветание и величие империи.

Чжао стиснул зубы. Он отлично помнил это. Вэнь, с его тонкой улыбкой и проницательным взглядом, казалось, держал империю в руках. Его влияние росло с каждым днем, затмевая старую аристократию. Многие из тех, кто сейчас осуждали его, тогда открыто восхищались им.

— Почему, — продолжил Шэнь, — когда старые роды наконец избавились от него, гадания сулят лишь грядущие беды. Может быть, в этом есть какая-то связь?

Генерал Чжао тяжело дышал. В прямую связь нынешних событий с прошлым он верить не хотел. Ему казалось, что причина кроется в чём-то, что они просто упускают из виду.

— Не думаю, что дело не в Вэне, — наконец со вздохом проговорил он. — Возможно, это естественный ход вещей, или же… это просто дурная случайность.

Взгляды четверых, слушавших его, потяжелели. Естественным или неестественным был ход вещей, он всё равно ничего хорошего не сулил.

Цао задумчиво постучал пальцами по столу.

— Предсказание — лишь слова, но слова имеют силу сеять страх и панику. И кто знает, что может произойти? Народ может восстать, армия выйдет из-под контроля.

Чжао сжал кулаки и резко мотнул головой.

— Мои люди лояльны.

Взгляд Суна, самого старшего из пятерых, скользнул по лицам товарищей.

— Паскудно всё это, паскудно.

Все переглянулись и кивнули.

…После церемонии жертвоприношения дрожащий и насмерть перепуганный жрец Лян не получил приказа следовать в покои императора, но счёл это добрым знаком. Зато последовать за императором было велено Ли Лунчжэню, чиновнику в пурпурном халате со знаками первого ранга на поясе. Двоюродный брат императора, цзюньван, принц второго ранга, возглавлявший следственное ведомство, он был известен изворотливым умом и личной преданностью правителю.

Он молча прошёл в покои его величества, где за закрытыми дверями степень близости этих людей, никогда не проступавшая на публике, отчётливо проявилась.