Книга Двенадцать железных цепей, страница 79 – Яна Лехчина

Во рту остался тошнотворный привкус. Попить бы…

Руки и грудь – сплошь в ссадинах. Щёку тянуло. Ольжана подумала, что на ней сейчас ни одного живого места не осталось: на какую часть тела ни посмотри – найдёшь красную стёсанную кожу, но сейчас эта мысль не вызвала ничего, кроме отрешённого удивления. Собственное тело казалось далёким и чужим.

Ольжана прикрыла глаза.

Она прислушалась, надеясь, что её успокоит утренний шум леса – Сущность ведь не нападает при свете дня, правда? – но потом неподалёку хрустнули кусты.

Ольжана впилась ногтями в ладони.

Заяц? Лиса? Волк?

Чудовище?

Ольжане показалось, что она даже различила шаг четырёх звериных лап. Встала, придерживаясь за дерево.

— Ольжана?

Такого она точно не ожидала. Человек?

— Ольжана! – Лале появился будто из ниоткуда. – Длани…

Он оказался рядом с ней, взъерошенный, как пёс, и такой бледный, что впору принять за мертвеца. Ольжана некстати вспомнила, каким увидела его после нападения чудовища на баню – нет, сейчас Лале был совсем не таким. Тогда он выглядел землисто-болезненным, будто бы оглушённым, а сейчас – лихорадочно-живым, словно его тоже трясло. Впервые на памяти Ольжаны он был не в подряснике, а только в чёрных суконных штанах и нижней белой рубахе – неудивительно, он ведь тоже спал.

— Небо… Как вы? – Лале подхватил её под руку. Смотрел испугано и жадно, точно за мгновение хотел понять, как именно её ранило. – Я думал, вы погибли.

Башильерского знака на нём тоже не было. Как и перстня: на безымянном пальце выделялась полоска более светлой кожи. Лале постоянно носил перстень и загорел под него, но не думала же Ольжана, что он и спит в чёрном железе?.. Сейчас её мысли были до смешного о незначительном.

— Вы меня слышите? Вы понимаете, что я говорю? – Лале осторожно обхватил её лицо так, чтобы не причинить боль. – Ольжана?

Ну понимала. Только с запозданием.

Хотела спросить, точно ли убралось чудовище под утро, но губы не слушались.

— Что оно с вами сделало?

Ольжана заставила себя открыть рот.

— У меня… – Губы задрожали. – Что-то со спиной.

Покачнулась вперёд. Лале перехватил её под грудью, другой рукой сжал её плечо. Почему-то сейчас он показался Ольжане сильнее, чем раньше, – а может, ей просто не было дела до того, удержит он сейчас её или нет.

— Ольжана, – говорил Лале торопливо, – я сейчас посмотрю. Всё будет хорошо. Слышите? Вы в безопасности.

Хотела спросить, как он её нашёл, но тоже не получилось. Да и неважно это, наверное.

Ольжана всхлипнула.

— Ну, ну… – Он погладил её по волосам и привлёк её голову к себе. Лицо саднило, но Ольжана уткнулась Лале в грудь.

И разрыдалась.

* * *

— Утра мы, конечно, не дождёмся?

Лицо Чарны в лунном свете – как у мученицы, готовой принять свою судьбу. Ни удивления, ни надежды. Только лёгкая насмешка в голосе – чем ты, мол, можешь поразить меня, Юрген?

Юрген пожал плечами:

— Ну а смысл? Вот, пришли уже.

Чарна посмотрела на тёмные воды Утопленичьего озера.

— Действительно, – произнесла серьёзно. – Зачем идти в незнакомое чародейское место при свете дня, если можно сунуться ночью?

— Да брось. – Юрген перехватил наплечный мешок. – Что с нами сделается? Лучше же, чем сейчас искать ночлег где ни попадя.

— Согласна. – Чарна указала вдаль. – Что же может случиться в таком приятном месте?