Книга Игла из серебра, страница 118 – Яна Лехчина

— Это вам решать. – Ольжана смотрела, как игла плясала в пальцах Лале. – Я готова послушать про что угодно.

— Что угодно, – заметил Лале, – это ни о чём.

Ага. Значит, ему приятны и расспросы.

Ольжана вздохнула. Ей совсем не хотелось, чтобы Лале начал очередную долгую историю, из которой нельзя было выудить ни крупицы пользы. Но если сказать прямо… Опасно.

Тень чудовища становилась всё свирепее. Ольжана начала серьёзно, но тихо:

— Я бы хотела узнать о вас что-нибудь личное. По-настоящему личное, понимаете? – Пожала плечами. – Про меня вы всё знаете, я ведь вам доверяла. А я не имею ни малейшего представления, кого вы любили или ненавидели, кроме очевидного.

Теперь Ольжана подбирала слова с особой осторожностью. Не время шипеть от боли.

— Я бы хотела знать, – продолжала она, – что вы чувствовали, когда раз за разом… – (Мысленно: «Превращали себя в дахмарзу»). – …Лишали себя силы, хотя могли бы остаться у Залвата, или… – Ольжана помедлила. Издала смешок. – Да я даже самого простого не знаю! Какую вещицу вы выбрали, чтобы спрятать там…

«Колдовское умение». Или: «Часть души». Но нет, клятва не позволит назвать это так.

Ольжана развела руками.

— Чтобы спрятать там свою смерть.

Лале хмыкнул, не поднимая глаз. Сделал жест, и чудовище вместе с тенью одновременно легли на стол, как покорные псы.

— Да зачем вам эта глупость?

— Это не глупость, – возразила Ольжана. – Я не могу придумать ничего, что описало бы человека лучше. Помните, вы рассказывали про Аршад-Арибу? Его превратили в дахмарзу, и с той поры он носил в мече часть своей души.

— Ах, раз так… – Лале усмехнулся. – Всё просто. Смотрите!

Он указал на раскрытую книгу. Перелистнул несколько страниц и остановился на изображении двух небесных сфер. Внутри обеих – ночное небо, усыпанное созвездиями.

— Хал-азарская чёрная книга, – сказал Лале. – Её написали чародеи из пустынь, которые плели в своих общинах тёмную волшбу. – Он закрыл книгу и постучал по старой кожаной обложке. – Здесь-то я и оставляю кусок своей души.

Ольжана вытягивалась, чтобы хорошенько рассмотреть, что показывал Лале, – но тут же разочарованно охнула.

Села, как прежде.

— Вы что, – спросила она с укором, – считаете меня дурой? Может, я и не семи пядей во лбу, но понимаю, что вы не смогли бы повсюду таскать с собой книгу. – Стала загибать пальцы: – Чумной Хургитан, темница, дворец Залвата, монашеские кельи… Книга большая и приметная, с ней просто неудобно. А ещё её раз сто могли отнять – и надзиратели, и ваши же братья-башильеры! – Фыркнула. – Нет, вы бы её не выбрали.

Лале поднял ладони в защищающемся жесте.

— Вы правы. Простите. – Слегка улыбнулся. – Зато поглядите, как ловко вы меня раскусили…

Он закрыл книгу. Сказал доверительно:

— Среди всех склянок в кибитке есть одна особая, с маслом чёрного тмина. Она маленькая и совсем не подозрительная для лекаря-башильера. Я носил её с собой в течение всех хал-азарских приключений.

— …И оставляли валяться в кибитке, пока носились по местным колдобинам. – Ольжана скривилась. – Я видела содержимое вашей поясной сумки, никаких склянок с маслом там не было. Хотите убедить меня, что так беспечно относились к драгоценной хрупкой вещи? – Она расстроенно поправила покрывало. – Вам не надоело меня обманывать?