Книга Немезида ночного ангела, страница 407 – Брент Уикс

Теперь все стало очевидно. Для меня похищение было невероятной трагедией. А для нее – обычным политическим ходом.

Возможно, именно в ее голове изначально и родилась идея похитить детей.

— Он… он – мой сын, – запинаясь, выговариваю я.

— Был, – поправляет императрица. – Был вашим сыном.

— Позвольте мне… позвольте мне воспитать его. Я все равно буду вам служить. Я научу его всему, что…

— Это даже не обсуждается, – перебивает она меня.

— Рефа'иму нельзя доверять! Он направит мальчика против вас, против всех!

— Когда эта проблема возникнет, я с ней разберусь. А вы мешаете мне уже сейчас. – Императрица кивает женоподобному камердинеру. Тот сжимает кулак, и все двери с щелчком отпираются – в том числе потайная дверь, которую я не заметил.

Этот камердинер – наманикюренный, пугливый и с перьями в волосах, – оказался магом. Я думал, что он паникует. А он не паниковал, он с первой же секунды был готов метать заклинания… и она его остановила. Не могу поверить, что я это упустил. Забыл о профессионализме алитэрцев. Как глупо было думать, что они хоть на секунду оставят императрицу без защиты.

Две дюжины огромных преторианцев вбегают внутрь, растекаются по каюте, окружают меня, но не нападают.

Императрица опускает взгляд в пол, делает шажок влево, затем снова поднимает глаза на меня.

— Убейте его, – говорит она.

Вжух.

Пол под ней проваливается, и она исчезает. Через секунду раздается второй вжух – это захлопнулся люк, отрезавший императрицу от меня.

— Эй, – говорю я, пятясь к стене и разглядывая окружившие меня громады. Сюда явилась дюжина лучших магов-воителей империи. Есть среди них и Ибекс, который очень недоволен пропажей своей алебарды. – Джентльмены, я не совсем уверен, но думаю, что она пошутила. Как говорят у нас в деревне: «Ох уж эта императрица, ей бы все шуточки шутить». Но прежде, чем мы начнем, я должен вас предупредить…

Преторианцы не дают мне закончить шутку. Они нападают.

Для ведения боя с множеством вооруженных противников существует одна древняя техника, обучить которой могут только старые мастера. Она настолько сложна, что немногим хватает смелости к ней прибегнуть; она требует от бойца дисциплины, чувства времени, ловкости, силы воли и удачи. Если коротко, чтобы у вас была хоть крошечная надежда на успех, вам понадобится весь набор навыков элитного воина в расцвете его карьеры и сил.

Как и многие лучшие техники, она открывалась и переоткрывалась всеми великими боевыми искусствами, поэтому ныне известна под множеством разных имен. Я знаю несколько: «Исход Исхота», «Дисциплинированная Дигрессия Дидо», «Эйвар Неумолимо Чешет». Дарзо терпеть не мог всех этих остроумных названий и рассказывал мне о них только на тот случай, если я когда-нибудь стану тренироваться вместе с другими бойцами. Он хотел, чтобы я понимал, о чем идет речь, и не выставил его плохим учителем. Об этой продвинутой технике он рассказал мне в своем неповторимом стиле: «Однажды ты вступишь в бой и поймешь, что противников чересчур много. С опытом количество этого „чересчур“ будет становиться все больше. Но ты всегда сообразишь, если схватка тебе не по плечу. Когда это случится, путь к победе у тебя будет один и только один: бежать».