Книга Немезида ночного ангела, страница 240 – Брент Уикс

Мамочка К говорила, что я не смогу помочь поискам ребенка в Эленее, в городе, где в наших руках были все карты. Так на что же мне надеяться в Борами?

Даже потратив на поиски годы, я вряд ли нападу на желанный след. Я даже не знаю, с чего там начать. Неудивительно, что Дарзо никогда не брался за такую работу.

Я очень хочу сказать вам, что мне в голову сразу же приходит новый план.

Но нет. Меня душит отчаяние. Я перестаю проталкиваться через толпу и просто бреду в потоке, который несет меня ко входу. Впереди последний фургон Рефа'има вкатывается на широкие наклонные сходни.

Я опоздал. Вокруг тьма солдат, императорских гвардейцев и магов. Ради всего святого – по краям пристани даже стоят ныряльщики; они дрожат на холодном ночном ветру, одной рукой кутаются в длинные плащи, прикрывая почти полную наготу, а во второй держат длинные кинжалы. Они не сводят глаз с воды. Здешняя стража готова разобраться даже с теми, кто решится спрыгнуть с причала и поплыть к штормоходу.

Я стреляю глазами направо и налево, с трудом дышу, сглатываю, пытаюсь найти хоть какой-нибудь другой путь. Но через несколько минут становится ясно, что все намного хуже, чем я думал. Солдаты, гвардейцы и маги стоят почти что стеной тел. На глазах у такой армии невидимость бессмысленна – кто-нибудь из чародеев непрестанно проверяет, не используется ли магия; кроме того, на меня со всех сторон давят люди.

«И на них тоже», – думается мне. Может, у меня получится как-то этим воспользоваться?

Но нет, этого мало. Несколько магов дежурят на невысоких башенках, следят за толпой сверху. Другие стоят на земле. Все владеют боевой магией. Пространства для маневра у меня нет, и если я попытаюсь пробиться на корабль, то мне придется схлестнуться как минимум с сотней лучших воинов Алитэры. И с многочисленным подкреплением. Даже не сказать, что у меня будет «лишь крошечный шанс». Это просто самоубийство.

На сходни поднимается женщина в красно-белом платье. Перед тем как исчезнуть в недрах корабля, она оборачивается. Фаэна!

Она пробралась на борт! Но она отворачивается прежде, чем я догадываюсь ей помахать. И не замечает меня.

Впрочем, помочь она бы все равно ничем не смогла. Поразительно, что ей вообще удалось попасть на корабль.

Ком надавливает на горло еще сильнее.

Моя очередь почти подошла. Что же делать? Надеяться, что стража запутается в списках и каким-то чудом пропустит меня на борт?

Бывает, конечно, что мне везет, но не настолько же.

Едва я решаюсь повернуть назад, как вдруг вижу полосу света, будто что-то сияющее спускается на нити с вершины замка к одной из сторожевых башенок. Кажется, это листок пергамента? Офицер выхватывает его из воздуха; похоже, это какое-то послание.

Зычным криком он начинает отдавать приказы гвардейцам внизу, но я слышу лишь обрывки фраз, и те полны незнакомых мне кодовых словечек.

Но обстановка сразу же меняется. Все гвардейцы и маги вдруг приходят в боевую готовность.

— …Приблизительно такого роста, – говорит офицер, показывая рукой. Затем описывает приметы. – В последний раз его видели с браслетом о четырех сапфирах!

Я опускаю глаза на мое запястье и на браслет с четырьмя сапфирами.

Испускаю едва слышную череду проклятий. Я хотел проверить на прочность укрепления самой Смерти. Теперь Смерть ищет меня. Сунув руку в карман и убедившись, что браслет с желтыми камнями, отнятый у Изюминки, еще у меня, я начинаю ковырять сапфировый браслет. Он не желает открываться, поэтому я с силой дергаю за него. Что-то с громким треском ломается, и несколько человек в толпе оглядываются, стараясь понять, откуда шум. Я прячу запястье и не смотрю вниз.