Книга Адмирал Империи – 56, страница 14 – Дмитрий Коровников

— Вы меня поняли, мой друг, — буркнул Борисевич.

Мы продолжили движение по коридору, и я невольно прислушивался к снова постепенно разгоравшемуся спору адмиралов. Хромцова настаивала на активной обороне всех ключевых точек, Пегов упрямо гнул линию концентрации у столицы, Гревс пытался найти компромисс, предлагая какие-то полумеры, а Зимина молчала, явно обдумывая ситуацию.

— … это самоубийство! — донесся голос высокий вице-адмирала Пегова. — Разделить и без того ограниченные силы?

— А отдать девяносто процентов системы без боя — это что? — парировала Агриппина Ивановна. — Ваш стратегический гений?

— Лучше контролировать часть, чем потерять все! — не сдавался Арсений Павлович.

— Философия проигравших как она есть! — отрезала Хромцова, презрительно отмахнувшись от своего коллеги.

Я покачал головой. Они могли спорить так часами, а у нас было меньше десяти.

— Эх, Александр Иванович, — Борисевич понизил голос до заговорщического шепота, хотя в пустом коридоре нас никто не мог подслушать. — Я вас немного знаю. Вы из тех, кто всегда находит выход. Помните Херсонес? Все думали — конец, капут, финита ля комедия, а вы — раз! — и вытащили нас прямо из пасти самого Коннора Дэвиса.

— Это было проще, — признался я, вспоминая ту операцию. — Там был ясный враг и ясная цель: схватить вас троих и удрать, пока тот не спохватился. А здесь…

— А здесь враг на подходе, а мы как лебедь, рак и щука из старой басни, — закончил губернатор, вздохнув так тяжело, что, казалось, выдохнул половину атмосферы планеты. — Найдите решение, голубчик. Найдите быстро. Пока эти, — он кивнул на спорящих дивизионных адмиралов, — не передрались окончательно. Или пока первый министр Граус не решил все за нас. Что, честно говоря, произойдет быстрее.

Я молча кивнул, погружаясь в собственные размышления. Что-то во всей этой ситуации было не так. Фундаментально не так. Не в стиле императора Ивана принимать настолько нелогичные решения. Мальчик за то время, как я его знаю, всегда демонстрировал удивительную для своего возраста рассудительность. Да и сейчас его вопросы во время моего доклада были точными и по существу. Так почему?

Стоп. А что если решение принимал не он?

Эта мысль ударила меня как протонная торпеда. Конечно! Иван — ребенок, пусть и не по годам развитый. У него в этой ситуации вполне могли быть советники. Вопрос — кто именно посоветовал ему принять такое катастрофическое решение практически о бездействии?

Я мысленно начал перебирать возможных кандидатов, методично анализируя каждого и повернувшись к ковыляющему рядом новоиспеченному губернатору.

Борисевич? Исключено категорически. Генерал был прямолинеен как рельс на магнитной подушке, хитрость и интриги — не его стихия. Он мог часами рассказывать солдатские байки, пить как лошадь и материться как боцман, но плести интриги? Скорее адмирал Дессе станет пацифистом. К тому же его реакция была абсолютно искренней — такое удивление не подделаешь.

Таисия? Моя давняя… как ее назвать? Подруга? Больше, чем подруга? Женщина, с которой нас связывают сложные отношения, балансирующие где-то между дружбой и чем-то большим? В любом случае, княжна всеми руками поддержала бы мое назначение. Я слишком хорошо ее знаю — Тася прямолинейна в своих симпатиях и антипатиях. Если бы она могла повлиять на решение брата, я бы сейчас примерял лавры главнокомандующего. К тому же я видел ее лицо, когда император огласил свое решение — челюсть княжны отвисла так, что туда можно было загнать эскадрилью истребителей. Нет, она была шокирована не меньше меня.