Книга Я люблю тебя! Я верю тебе!, страница 25 – Ирма Гринёва

13

Ночью Киф проснулся от стонов, доносящихся из спальни жены. И вначале вообразил, что ей снится эротический сон с его участием (по крайней мере, он на это надеялся!) Но стоны звучали как-то уж слишком жалобно, и Киф заволновался. Тихонько открыл дверь в смежную комнату и подошёл к кровати жены. Следующей его мыслью было то, что ей просто снится плохой сон. Но, когда он подошёл ещё ближе, и дотронулся до её руки, сомнений не осталось – Авалайн была горячее пламени в камине. Она заболела и, к тому же, металась в беспамятстве.

Киф поднял на ноги весь дом. Вел прибежала со льдом из погреба. Урсула заварила какие-то травы. Горничные обмахивали бедняжку веерами. Но ничего не помогало. Тогда Киф вызвал к себе Фила и велел мчаться в Камолун²⁶ к баронессе Твиле Петти, которая подскажет ему, где найти толкового врача.

Потом Киф выгнал всех из спальни жены, оставив только двух горничных. Одна меняла холодный компресс на лбу Авалайн, вторая обмахивала веером. А сам взял её горящую ладошку в свои руки и начал молиться. Молиться о том, чтобы бог не забирал её у него.

Уже второй раз за сутки Авалайн напомнила ему маму. Первый раз за приготовлением шоколадного пирога, а второй раз сейчас. Он слишком хорошо помнил, как они втроём с братьями сидели у её постели, Джонатан держал маму за руку… И слишком хорошо знал, чем это закончилось… А где в это время был отец? Его присутствия Киф не помнил. Перед смертью мама ненадолго очнулась. Она поцеловала первым его. Погладила по голове и попросила принести ей холодной воды. А, когда он вернулся с наполовину расплёсканным от торопливого бега стаканом, всё было кончено…

Сколько прошло времени, прежде чем за окном раздался долгожданный стук копыт, Киф не знал, но главное, что Авалайн была жива и даже стала немного спокойнее. Только было ли это хорошим знаком?

Доктор деловито вкатился в комнату. Отодвинул от кровати больной не только горничных, но и Кифа, и стал прощупывать пульс, простукивать грудь, прижимая своё ухо к телу через расширяющуюся на одном конце трубочку. Потом велел принести кипяток. Простерилизовал в нём шприц и сделал Авалайн укол. Сказал коротко:

— Теперь подождём!

— Сколько? – так же коротко спросил его Киф.

— Минут двадцать.

Когда томительные минуты закончились, доктор опять пощупал пульс, удовлетворённо крякнул и сел за туалетный столик выписывать Авалайн назначения. А когда передавал бумажку Кифу, сказал:

— Ваше сиятельство, дай бог, Ваша жена поправится! Организм молодой, должен справиться. Главное – ближайшие три дня. Если будет ухудшение – зовите меня без промедления.

Киф внимательно прочитал назначения врача, а потом позвал Дживса (все слуги толпились за дверью):

— Дживс, приготовьте доктору комнату на этом этаже, он остаётся.

— Ваше сиятельство, но как же? А моя семья? Мои больные, в конце концов?! У меня сегодня назначен приём…

— Изложите Дживсу всё, что Вам нужно. Фил предупредит Вашу семью и привезёт необходимые вещи и лекарства. Напишите ему список пациентов, он договорится о переносе приёма или привезёт сюда тех, кому безотлагательно нужна помощь.

— И насколько я остаюсь? – смирился врач, видя решительный настрой молодого графа.

— Вы же сами определили – три дня! – и продолжил, уже обращаясь к мажордому: – Дживс, распорядитесь перенести мою кровать в спальню жены.