Книга Золото, перина и ночная чертовщина, страница 39 – Флор Веско

Садима подумала, что изводится не хуже Мэй, и почувствовала себя еще нелепее. В заблаговременном обещании поцелуя была явная насмешка. И от этого ей уж точно было не смешно. Ладно. Она ведь может увильнуть. Завтра выйдет погулять с утра пораньше и вернется только после назначенного часа.

И вот – теперь она следила за временем. Смотрела, как вечер клонится к ночи, и вся бурлила, пересчитывая про себя, сколько ей остается до вынужденного бегства. Словом, она снова себя изводила – и всё из-за эгоистичного хитрого мальчишки, который забавляется за ее счет.

Садима все больше злилась на этого лорда, который крадет ее покой. Она взлетела на чердак, распахнула дверь в его комнату, которая оказалась пустой, и, упустив таким образом весь эффект, спустилась в библиотеку. Лорд был там: свернулся в кресле с книгой в руках. Садима подошла, уперлась обеими руками в спинку и так неистово влепила ему поцелуй, что почувствовала зубы лорда под его же притиснутыми губами. И сразу отступила, глядя с вызовом. Вот так. Дело сделано. И с плеч долой. Этой ночью она будет спать спокойно.

Она развернулась и услышала, как лорд Хендерсон тихо прошептал за ее спиной:

— Я же говорил вам: способ безотказный.

Садима вспыхнула. Она вернулась назад и встала перед лордом Хендерсоном.

— Нет… Ну… Вы… – процедила она, подыскивая слова и заодно способ стереть с губ юноши эту ухмылку. – Ах вы! Да вы знаете кто? Вы… вы…

— Зовите меня Адрианом.

— Ах так! Уж поверьте, я вас… я…

Он все улыбался.

— Я…

Невозмутимая полуулыбка. Садима перевела дух. Она думала. Разве он не такой же мужчина, как все? Как те, кого она обводит вокруг пальца?

— Завтра, – сказала она, – ровно в восемь тринадцать утра я покажу вам свою грудь.

Сказано это было уверенно и спокойно, с легкой искоркой в глазах, весьма идущей к случаю. Улыбка исчезла с лица лорда. Грудь сдулась, голубые глаза затуманились, на белейших щеках выступил легкий румянец. Удовлетворенная Садима вышла из библиотеки.

Но в коридоре она остановилась и провела рукой по лицу. Что на нее нашло? Из-за этого дурацкого лорда она теряет самообладание. Да ладно, пусть стучится к ней в дверь в восемь тринадцать, на здоровье! Она рассмеется ему в лицо. А у него будет весьма глупый вид оттого, что поверил ей и правда ждал!

На ужин она не пришла. В ту ночь она спала беспокойно, урывками. Проснулась на рассвете, значительно раньше восьми тринадцати. Встала, оделась. Часы на камине показывали двадцать две минуты шестого.

В двадцать восемь минут в дверь постучали. На пороге стоял лорд Хендерсон. Вид пришибленный, под глазами темные круги, покаянная робкая улыбка. Не успела она нахмурить брови, как он снял жилет, расстегнул на рубашке все пуговицы и распахнул ее на две стороны. Какое-то время он простоял так, неподвижно, демонстрируя свой торс. Грудь его часто вздымалась.

Садима застыла в недоумении.

— Я пришел показать вам свою грудь, – объяснил он. – В знак примирения. Скажем… я не очень хорошо спал этой ночью. Вообще не спал. Я ждал. Я считал часы. Минуты, если честно. Ну хорошо – секунды.

Он почесал затылок.

— Это довольно-таки невыносимо. Когда я затеивал эту игру, я не понимал, до какой степени тяжко ждать вот так. В общем, предлагаю нам больше так не делать.