Книга В тени королевы, страница 202 – Элизабет Фримантл

— Это ты неотразима, – хрипловатым от желания голосом отвечает он и скользит рукой в вырез моего платья.

— Сердце мое, не надо! – смеюсь я.

— Знаю, знаю, – говорит он. – Но один поцелуй нам не повредит.

Он целует меня в шею, а потом, сжав мою руку, приникает к губам. Бош, недовольный тем, что на него больше не обращают внимания, кряхтит и пытается разнять наши пальцы.

— Ревнует! – говорю я.

— Это я ревную, – отвечает Хертфорд. – Ему-то что – он все время с тобой! Каждую ночь спит с тобой в одной постели. А мне остается ворочаться в пустой кровати – и хорошо, если раз в месяц удается урвать часок рядом с любимой…

— Когда нас освободят…

— Я люблю тебя, моя сладкая Китти! – перебивает он.

— Если вправду любишь, ты должен желать, чтобы обо мне все забыли.

В этот миг в животе у меня что-то сдвигается, словно там плавает крошечный головастик. Новый малыш. Теперь я все поняла, едва ощутила первую тошноту – и не могу понять, почему в первый раз так долго ничего не замечала. Но, когда ребенок в тебе начинает шевелиться, это как доказательство: не остается больше никаких сомнений.

— Наш малыш шевелится!

— Дай мне пощупать. – Он кладет ладони на живот – однако малыш уже затих. – Того, что этот ребенок зачат в законном браке, она отрицать не сможет: ведь оба мы показали под присягой, что женаты, перед лицом всего церковного совета и самого архиепископа!

— Да какая разница? Мне вполне хватает тебя, Боша и этого новенького, – отвечаю я, указывая на свой живот. Я стараюсь поменьше думать о том, где мы находимся, а о королеве и вовсе запрещаю себе вспоминать.

В замке скрежещет ключ. Хертфорд вскакивает и бежит к выходу на парапет, но это всего лишь Ядро.

— Что такое? – спрашиваю я.

— Есть новости, – торопливо и радостно отвечает он.

— Что за новости? – спрашивает, подойдя к нему, Хертфорд.

Снова чувствую, как малыш трепещет во мне, словно бьет крыльями бабочка; и это приносит такое головокружительное счастье, что я почти не слушаю.

— Королева при смерти!

Мы с Хертфордом переглядываемся.

— У нее оспа, – добавляет Ядро.

Хертфорд подходит к нему и хлопает по спине.

— Точно ли известно?

— Точно.

— Что ж, быть может, Бог наконец вспомнил о нас? Тяжело она больна?

— Говорят, может не пережить предстоящую ночь.

Хертфорд сияет, как солнце. Не знаю, стоит ли так радоваться, что королева умирает: пожалуй, подобное счастье может разгневать Бога. Но, признаюсь, я тоже рада это слышать.

— Сюда идет служанка, милорд, – добавляет Ядро. – Вам пора.

В самом деле, когда Ядро закрывает и запирает дверь, внизу лестницы уже слышны шаги Нэн.

— Китти, Господь ответил на наши молитвы! – восклицает Хертфорд и сжимает меня в объятиях.

— И теперь нас освободят? – спрашиваю я, уткнувшись лицом в складки его камзола.

— Не просто освободят. Лучше, гораздо лучше! – отвечает он и, отпустив меня, бросается к дверям.

Никогда прежде я не видела у него такого блеска в глазах; и на миг – всего на миг – мне кажется, что передо мной незнакомец, похожий на Хертфорда, но иной, с неуловимо искаженным лицом. Однако вот он посылает мне воздушный поцелуй: нет-нет, это по-прежнему он, мой милый муж!

Миг – и его уже нет. Разлука с ним всякий раз терзает сердце; я беру на руки Боша и прижимаю к себе, радуясь теплу его тела. Он своими пухлыми пальчиками дергает за ленты на моем платье, а я чувствую, как глаза наполняются слезами – должно быть, это слезы облегчения.