Онлайн книга «Запретная любовь»
|
— Прошу. посмотрите в моей комнате? Думаю, она осталась там. Бехлюль выбежал и, когда он исчез в коридоре, Бихтер вспомнила ещё кое-что и спросила себя: — А перчатки? Положила ли я их в сумочку? Все спустились по лестнице, Нихаль поцеловалась на прощанье с мадемуазель Де Куртон, Аднан Бей и Нихат Бей высунулись из окна, чтобы увидеть посадку на паровой баокас на набережной. Бихтер убежала за перчатками. Бехлюль был в комнате и искал сумочку среди платьев в белья, разбросанных кругом и разложенных на диванах и стульях. Бихтер спросила: «Не нашли?» Потом она вдруг увидела упавшую на ковёр сумочку: — Вот она… Бехлюль поднял сумочку, но не отдал её и смотрел на Бихтер: — Завтра ночью! — сказал он. — Да, завтра ночью! Пожалуйста, отдайте сумочку, все спустились и придадут значение тому, что мы остались одни. Когда Бехлюль отдавал сумочку, желание, вызванное словами, что они остались одни, заставило его взять Бихтер за руки. Их губы сомкнулись, они поцеловались долгим, почти мучительным поцелуем, у них кружились головы. Может быть в тот миг они упали бы в объятия друг друга. Но вдруг послышался скрип двери и они в страхе оттолкнули друг друга. Бихтер выбежала в коридор. Бехлюль, освободившись от равнодушия, последовал за ней. Казалось, дверь комнаты мадемуазель Де Куртон качнулась, когда Бихтер проходила мимо. Конечно, ничего не было, просто старая гувернантка должно быть вошла в комнату. * * * Наконец, наступила долгожданная ночь. Все в доме спали. Прошло, может быть, несколько часов с момента, когда Бихтер быстро поцеловала мужа и закрыла дверь между комнатами. Она была в ошалевшем состоянии после почти бессонной ночи до свадьбы, проведённой в сумасшедшем веселье, толчеи и шума четверга. Она грелась у себя в комнате, вытянув ноги к изразцовой печке. Вдруг что-то в сердце подсказало, что настал самый безопасный момент, чтобы пойти. Взяв только накидку, она в ночной рубашке подошла к двери. В её теле не было дрожи и учащённого сердцебиения, как будто поворачивая ручку двери, она делала что-то весьма естественное. Она взяла с собой ключ от комнаты, заперла дверь снаружи и была уверена, что её не услышали. После того, как она прошла по коридору, места для страха уже не было. Её невозможно было увидеть или услышать в холле, на лестнице, внизу. Она приготовила ответ на случай, если встретит кого-то в коридоре. Она собиралась сказать, что ей не спалось и она спустилась, чтобы взять книгу из библиотеки мужа. Она удерживалась от раздумий, когда проходила по лестнице и холлу. Если бы она подумала, засомневалась, то, может быть, вернулась бы, а она не хотела возвращаться и собиралась обязательно пойти. Её тянуло туда как лунатика. Она толкнула дверь в комнату Бехлюля. Он ждал её. Не говоря ни слова, он взял её за руку и потянул, чтобы как можно скорее уйти из комнаты и пойти в полную тайн комнату любви и исключить возможность вернуться назад. В комнате Бехлюля, пропитанной фиалковой водой, она, наконец, вздрогнула, будто просыпаясь от страшного сна, заставившего её безвольно бродить ночью по пустынному дому, и когда в розовом свете лампы с красным абажуром вдруг увидела тысячу разных мелочей, собранных по желанию Бехлюля, и особенно кровать, словно спрятанную в углу, за занавесками, то закрыла лицо руками, не желая видеть свет, оживлявший этот позор. |