Книга Запретная любовь, страница 115 – Халит Зия Ушаклыгиль

— Бешир, это ты? — спросила она.

Да, это был он. Бешир и сегодня, как верная тень, последовал за ней из сада и ждал на площадке у лестницы, рядом со стеклянной дверью. Он видел, как Бехлюль целовал кончик брови Нихаль. Когда тот ушёл, Бешир тихо ждал, понемногу подходя ближе, чувствуя все страдания Нихаль, у ног которой хотел умереть с неведомой потребностью и безнадёжной преданностью бедного обездоленного существа, ощущая, что его душа тоже раздавлена этими страданиями.

Он смотрел на Нихаль с искрой счастья в глазах. Нихаль хотела улыбкой вселить в него уверенность.

— Маленький обморок! От усталости…

Затем твёрдо добавила повелительным тоном:

— Ты никому не скажешь, понимаешь, Бешин? Я так хочу.

Искру счастья, вспыхнувшую секунду назад в глазах Бешира, вдруг заволокло облаком, облаком слёз, и, не в силах больше прятать свои страдания, он опустил тонкое, чувствительное, похожее на изящную вышитую игрушку лицо на колени Нихаль и заплакал…

Нихаль не мешала ему; она сидела, оперев голову на спинку кресла, в её взгляде было облегчение, словно тепло слёз, падавших ей на колени, утешало её. Наконец, для её невыразимых страданий нашлись слёзы, которые льются открыто и которые не нужно скрывать. Эти слёзы лились из чистой души Бешира, которая неведомо как страдала и мучалась.

16

Сегодня, нанеся Нихаль ужасный удар, Аднан Бей почувствовал, как в его сердце заныло отцовское чувство, глубокое чувство, которое долгое время было скрыто, как будто умерло. С момента женитьбы он не пропустил даже самого незначительного прояления мучений, изводивших душу Нихаль. В его глазах они были настолько обязательными, что он начал ждать их проявления ещё до женитьбы и потом, перед лицом страданий Нихаль, снял с себя ответственность и считал их приступами болезни, которая безвредна и, конечно, пройдёт, но полное выздоровление потребует времени. Он даже смотрел на мучительные удары, постигшие Нихаль, как на тяжёлое, но в итоге исцеляющее лечение. Сначала он решил отдалиться от Нихаль, чтобы сблизить её с Бихтер, и держался вдали от дочери. Затем он решил отстранить тех, кто мог помешать установлению мирной обстановке в доме, злоупотребляя слабостью её чувств, и убрал Шакире Ханым с мужем и дочерью. Теперь в качестве абсолютно необходимой меры он принял решение об удалении старой девы, которая была известна как большой враг Бихтер и считалась вредным гостем, чьи уловки нарушат покой семьи.

Аднан Бей не смог определить причины появления нового мнения о мадемуазель Де Куртон, которую когда-то считал детям второй матерью. Несколько вроде бы невинных слов Бихтер, её взгляд на мужа с красноречивой улыбкой после того, как она смотрела на гувернантку в ответ на раздражительность Нихаль и смысл, выраженный без слов, постепенно проникали, растекались подобно капле масла, случайно упавшей с кончика иглы на шёлковую ткань, увеличивались и, наконец, полностью завладели его рассудком. Наконец, сегодня утром страх, заставлявший его сомневаться в исцеляющем действии ударов, нанесённых Нихаль, страх обмануться, нет, быть обманутым, ужасный, горестный страх пронзил его сердце остриём огненной иглы и заставил ныть отцовское чувство, молчавшее в забытом уголке сердца.

Неужели он убивал дочь?